— КТО!!! — кричал я ему на ухо тряся за одежду и одновременно с этим формируя перед собой хорошо видимый вихрь силы — КТО!!!

— Петиус — тихо промычал маг глядя на меня стеклянными глазами — професор Петиус.

«Какого хрена?! — удивленно думал я не переставая трясти мага. На самом деле я не рассчитывал на подобное! Мне просто хотелось узнать, действительно ли он тая обиду на потомственных магов мешал моему прогрессу. Что есть ли другой способ почувствовать ядро?! А тут оказывается такие новости!»

— КТО?!! — глядя ему в глаза зарычал я — дурака из меня делаешь? Профессор не мог так поступить!

Откинув мага на несколько метров в сторону я снова оказался рядом.

— Ты врешь! — сказал я ему угрожающе.

— Нет! Вовсе нет! — залепетал он — Это Петиус! Это он во всем виноват! Сказал, чтобы я не давал Вам прямых ответов! Чтобы мешал ощутить ядро! Но этого и не понадобилось! Так рано почувствовать магическую энергию невозможно!

«Уже на Вы перешли, прогресс!» — подумал я и снова хорошенько его тряханул.

— Какие у тебя инструкции?!

— Наблюдать! Только наблюдать и докладывать! — ответил он закрываясь руками — Только это. И не помогать! Не мешать, но и не помогать!

— Зачем это сделано? — спросил я глядя ему в глаза.

Маг вдруг замолчал.

— Если сейчас же не расскажешь зачем это нужно, то я засуну твой жезл в одно нехорошее место и кастовать заклинание будешь именно им! Ты понял меня?!

Маг продолжил некоторое время молчать, а затем монотонно произнес.

— Я соврал.

— Что?! — не понял я.

— Я соврал, что профессор меня заставлял — сказал Симерон вытирая идущую из носа кровь — просто пытался скрыть свою нелюбовь к потомственным магам которым все дается просто так.

«Ну — ну — усмехнулся я — видимо Петиуса ты боишься больше меня вот и пошел на измену».

— Соврал значит — тихо произнес я и взяв того за горло принялся его душить.

Час нашего тесного общения так ничего и не дал. Симерон твердил, что происходящее было действительно только его желанием. Что он с детства ненавидел потомственных магов и хотел в моем лице им немного подгадить. Доказать, что они не такие сильные и умелые как пытаются казаться…

«Что здесь за дурдом?! — раздраженно подумал я — Кто вообще взял такого человека на работу и с какой целью многоуважаемый Петиус назначил учителем именно его?»

— Кто ты говоришь принял тебя на работу?

— Галина Романовна — ответил парень — жена главы рода.

«Кто бы сомневался — мысленно сплюнул я — хотя с ролью профессора Петиуса в этом деле тоже хотелось бы разобраться».

Ситуацию с подсунутым учителем я не собирался спускать на тормозах. Поэтому сразу же направился к отцу волоча за собой магистра.

Вломившись в кабинет отца я высказав пару неласковых нерадивому родителю и устроил хороший такой скандал. Прилетело всем и начальнику СБ и Петиусу и отцу. Я ни словом не обмолвился о том, что знаю о роле профессора в саботаже моего обучения. Напирал на то, что мне подсунули непонятного психа, который ненавидит бояр. Под это дело удалось выторговать себе другого учителя и скорое убытие в Моршанск.

Отец со все согласился, но сказал, что разрешит покинуть поместье только после того как я побываю на ближайшем балу. Так как по этикету обязан был принять несколько ответных приглашений от приходивших к нам гостей…

Я согласился.

Несмотря на положительный исход нашей беседы, и с двинутые сроки по возвращению в Моршанск, я выходил из кабинета отца с очень недовольной миной.

Против меня явно вели какую — то странную и непонятную интригу смысла которой я не понимал. Если кому — то необходимо, чтобы я некоторое время не прогрессировал в магическом искусстве, то мне, кровь из носа, необходимо сделать рывок в обучении и порушить данные планы. Иначе, как мне кажется, все может закончится очень печально…

Однако никаких мыслей для чего подобная ситуация могла понадобиться у меня не было. Поэтому я решил пока об этом особо не задумываться и решать проблемы по мере их поступления. Нужно первым делом решить вопрос с чувствительностью магии.

Вернувшись в зал я откинув в сторону все ненужные мысли и перенесшись во внутренний мир осмотрел глыбу льда мерцающую в воздухе.

Постояв так некоторое время, я подошел ближе, дотронулся до глыбы, закрыл глаза и в очередной раз попытался вызвать в себе то состояние, что было у меня во время покушения на Георгия.