— А теперь идем. Если к началу праздничного обеда ты не перестанешь грустить, я посажу тебя рядом с графом Джогурнером, так и знай. Посмотрим, смогу ли я… Ой, смотри, там Фелин! — Вариш дружески сжала руку Леи и ввинтилась в толпу, чтобы поприветствовать кого-то еще из своих многочисленных друзей-политиков.

Лея покачала головой: ну что с ней будешь делать! Вариш Вицли могла показаться весьма легкомысленной особой, но на самом деле была весьма цельной личностью и столь же твердым приверженцем взглядов популистов, как и сама Лея. Кроме того, Вариш была одним из немногих сенаторов, чье общество по-настоящему радовало Лею, в отличие от того же графа Джогурнера, который очень старался быть приятным собеседником, но, увы, не мог больше десяти минут поддерживать беседу на любую тему, кроме чидоанского виски.

«Никто больше не хочет ничего слышать о войне, — подумала Лея. — Никто не хочет жить в страхе хаоса и разрушений. Но разве не за это я сражалась? Чтобы люди перестали бояться…»

Она оглядела площадь, где хватало как ее друзей, так и врагов. Вот Тай-Лин Гарр, выделяющийся в любой толпе благодаря пурпурной мантии, вдумчиво беседует с группой своих соотечественников, прилетевших с далекой планеты Гаталента, чтобы присутствовать на церемонии. Его густые черные волосы собраны в узел на затылке, темные глаза глядят серьезно, даже торжественно, и мягкая улыбка на губах ничуть не противоречит этому выражению. Вот неподалеку несколько сенаторов-центристов пытаются подольститься к восходящей звезде своей фракции Рэнсольму Кастерфо, молодому политику с планеты Риоса. Что ни говори, а мужчина он видный — высокий, привлекательный, харизматичный, а ведь всего тридцати двух лет от роду. Когда-то тридцатилетние казались Лее вполне взрослыми людьми, но теперь этот возраст считался до неприличия юным. Слишком юным, чтобы Рэнсольм Кастерфо мог участвовать в войне или вообще иметь какие-либо серьезные заслуги. Очевидно, центристы выдвигают лидеров из своих рядов по принципу «кто будет лучше смотреться на агитационных материалах».

Тут Лея заметила в отдалении адмирала Акбара, и на душе у нее потеплело. Адмирал проделал долгий путь до Хосниан-Прайм, чтобы принять участие в торжестве, хотя ему было уже за восемьдесят, но ни возраст, ни что бы то ни было во вселенной не могло помешать ему почтить память Бейла Органы. Лея начала пробираться через толпу, радуясь возможности перекинуться словечком со старым боевым товарищем.

— Принцесса Лея? — Мелодичный голос, который произнес ее имя, большинство людей сочли бы привлекательным, но Лея лишь благодаря многолетней дипломатической выучке сумела не поморщиться, услышав его. — Принцесса Лея, вы позволите ненадолго задержать вас?

Лея ценой немалых усилий изобразила на лице вежливую улыбку, прежде чем обернуться:

— Леди Кариса, чем могу вам помочь?

Леди Кариса Синдиан, сенатор от центристской планеты Арканис, принадлежала к тому же поколению, что и Рэнсольм Кастерфо, но выглядела даже моложе. Возможно, этому способствовало не столько хорошенькое личико, сколько ее вкусы. Длинное серебристое платье леди Карисы было расшито драгоценными камнями, выставляя напоказ богатство и влияние ее планеты и контрастируя с простым и элегантным голубым платьем Леи.

— Мне бы хотелось обсудить с вами вопрос о преемственности верховной власти на Биррене, — начала леди Кариса. — Как вам известно, повелитель Меллоуин покинул нас…

— Да, я знаю. Печальная новость.

Меллоуин был дальним родственником Бейла Органы. Лея навещала старика несколько раз на протяжении мирных лет, поскольку Меллоуин был одним из немногих выживших, кто помнил ее отца и звал его своим другом. (Она всегда считала своим отцом только Бейла Органу. Он вырастил ее, научил ее всему и привил свои идеалы, а лишь это и имело значение.)

— Титул верховного наместника передается по наследству среди потомков Старых династий. — Темно-карие глаза леди Карисы вспыхнули при мысли о монарших титулах.

Практически никто, включая сами Старые династии, уже не принимал всерьез аристократические титулы, передаваемые по наследству. Однако леди Кариса Синдиан, похоже, не могла представить себе чести выше.

— Но поскольку у повелителя Меллоуина не было детей, титул должен перейти к вам, — сказала она.

Лея вскинула руку к лицу, словно в изумлении. На самом деле она пыталась скрыть испуг. Она мало знала о Биррене, но ей было известно, что официальные ритуалы этой планеты длятся несколько недель. Биррен был маленьким тихим миром Внутреннего кольца, он мог бы стать идеальным местом для отпуска… или мучительной ссылки заваленного работой сенатора.

— Но ведь титул уже утратил всякое значение, кроме формального, правда? Не думаю, что народу Биррена не терпится заполучить нового декоративного наместника.

— Но ТИТУЛ! — Леди Кариса широко распахнула глаза и, словно слегка забывшись, укоризненно покачала головой. — Поддержание освященных веками традиций дарует народу уверенность и спокойствие. Разве можно лишать людей этого?

— Я попрошу моих секретарей заняться этим делом как можно скорее. — Лея всегда применяла этот трюк, когда хотела побыстрее закончить официальный разговор. Фраза звучала вежливо и формально, но не содержала никаких обещаний.

Леди Кариса с улыбкой кивнула и удалилась, вполне довольная таким ответом. До поры до времени.

Над головой снова пронеслись истребители: шоу уже закончилось, однако пилоты продолжали развлекаться в свое удовольствие и пускать пыль в глаза публике. Сегодня они могли от души наслаждаться полетами, не вспоминая о великих целях и священном долге.

«Когда я в последний раз чувствовала себя настолько же беззаботно, как эти ребята? — подумала Лея. — Да и было ли такое вообще?»

Возможно, нет.