— Знаешь, а я уже скучаю, — проникновенно заговорил Тарас, — И только одна причина не дает мне сходить с ума. Не спросишь, какая?

— Мало интересно, — выдала Иветта, но состояние сонливости уже давно покинуло ее тело, оставив место теплому голосу, бархатистые нотки которого заставляли ловить каждое слово, затаив дыхание.

— Секундочку, — посмеивался Тарас.

Спустя обещанную секунду, Ива услышала, как ее телефон «булькнул», сообщая о входящем сообщении. Подозрительно отведя мобильник дальше от уха, Ива взглянула на экран.

— Мать твой! Принцессссссса! Я тебя в асфальт закопаю! — взвизгнула Ива, — Откуда?! Ты сволочь!

— Ох, какой темперамент, — посмеивался Тарас.

— Я тебя порежу на лоскутки! — верещала Иветта, взрываясь от гнева и ярости.

— Не смог устоять перед твоим пупком, — продолжал Вольных таким мечтательным голосом, что Иветте очень сильно захотелось вмазать парню своей битой.

Иветта бросила последний, злобно прищуренный взгляд на фотографию своего живота. У девушки не было сомнений в том, что живот принадлежал именно ей. Поскольку украшение, выполненное на заказ, в проколотом пупке было ее, без вариантов.

Возник вполне закономерный вопрос, как же, а главное, когда, Вольных сделал фотографию. И словно прочтя мысли девушки, Тарас похвастался:

— Сфоткал на твой телефон, пока ты спала, отправил себе, а у тебя удалил.

— А теперь удали у себя, — потребовала Иветта.

— Не могу, — наигранно огорчился полубог, — Буду тебя шантажировать. Встретимся в выходные?

— Ты понимаешь, что когда я тебя увижу, то засуну твой телефон тебе в з… — елейным голосом поинтересовалась Иветта.

— Жду с нетерпением, — жарко прошептал Тарас и, засмеявшись, сбросил вызов.

Первую минуту Ива смотрела на телефон, словно не верила своим глазам, ушам и прочим рецепторам юного организма. Вздохнув, девушка списала все на простудное состояние и, выключив свет, забралась под одеяло.

Спустя несколько минут, когда мозг практически отключился, позволив усталости взять верх в борьбе за сознание, вновь раздался сигнал о получении входящего сообщения.

Лениво приоткрыв один глаз, Ива взглянула на дисплей. Коротко выругавшись, Шуховская мысленно пообещала основательно побить парня при следующей встрече. Битой. Чтобы забыл, как делать фотографии ее живота и своих лапищ на нем. Где-то на краю сознания Иветты появилась мысль, что кожа живота начала гореть, именно в том месте, где разместились мужские руки на фотографии.

Накрыв голову подушкой, Иветта Марковна приказала себе отключиться. А с самого утра пообещала самой себе приступить к разработке плана, как сильнее наказать принцессу.

Утром Ива проснулась рано. На кухню за чашкой горячего чая девушка спустилась, когда все домочадцы, за исключением Анны Михайловны, еще спали.

Мама Нюра сидела за кухонным столом и медленными глотками отпивала душистый чай из огромной кружки с ярким подсолнухом на боку. Увидев сонную девушку, Анна Михайловна ласково улыбнулась.

— Вот видишь, чай по рецепту Михаила творит чудеса, — подмигнула мама Нюра.

Иветта согласно кивнула и щелкнула кнопкой чайника, предварительно влив в него воды. Почувствовав голод, Ива решила скормить своему ненасытному желудку еще и бутерброд. Болтая с мамой Нюрой, Иветта соорудила для себя нехитрый завтрак и присела около женщины на диванчик, поджав под себя ноги.

Первые три минуты Ива, молча, жевала. Потом вздохнула, чувствуя, что ей непременно нужно выговориться. А кому, если не маме Нюре?

— И что же тебя тревожит, ребенок? — словно прочитав мысли девушки, поинтересовалась Барычинская-старшая.

Ива вновь вздохнула. Трудно скрывать что-то от ласковых, но проницательных глаз, смотрящих, кажется, в самую душу.

— Мам Нюр, — решилась поделиться секретом Иветта, — Кажется, я немного попала…

— Ты беременна? — вкрадчиво поинтересовалась Анна Михайловна.

— Хуже! — фыркнула Иветта, — Я влюбилась.

— Оптимистично, — хмыкнула Анна Михайловна, — Судя по всему, в Тараса.

И фраза не прозвучала вопросом. Иветте не оставалось ничего, кроме как согласно кивнуть.

— Тарас хороший парень, — заверила Анна Михайловна, — Упрям и своеобразен. Но хороший, со всех сторон положительный.

— До тошноты положительный, — скривилась Иветта.

Анна Михайловна выжидала, не поторапливала девушку с рассказом, видела, насколько неуютно чувствует себя Ива.

— Знаешь, все настолько абсурдно, мам Нюр, до слез, — вздохнула Иветт и поведала всю историю ее близкого знакомства со своеобразной принцессой, включая ночевку в гостинице, новогодние праздники и встречу у фотографа дома. Даже про кактус рассказала. Ну и про объятия в общественном туалете.