– Может, стоит сначала поговорить?
– задумчиво уставилась я в глаза бугая.
– Ладно, поговорю, не все же такие идиоты, как моя соседка.

Приложив палец к губам, я показала парню, что шуметь не стоит, и несколькими ударами сняла у него паралич с речевого центра.

– Вы такие же идиоты?
– задала глупый вопрос бугаю, не спуская взгляда с его лица.

– Не-е-ет…, - прохрипел он, с трудом выпуская из себя воздух.

– Что и лупить по задницам не обязательно?
– вопросительно приподняла я брови.

– Нет, - буркнул он, чуть успокаиваясь, уже не так беспокоясь за свою гордость и филейную часть.

– Ну, что же, переведём разговор в другую плоскость!
– кивнула я.
– Вы с моей соседкой помешали мне заниматься. За вами будет висеть должок, а я забываю об этом прискорбном инциденте. Согласен?

– Да-да, - радостно пробормотал бугай.

– Тогда на тебе забота о просвещении по поводу этого договора своего друга и моей соседки. Как и соседке, вам сообщаю, что одно предупреждение вы получили, а третьего у меня не бывает. Вопросы есть?

– Нет…, то есть … да. Есть вопрос! Как это ты нас уделала?

– Боевая школа южного стиля. Второй уровень. Меня соседка учит. У неё четвёртый уровень этой школы, - усмехнулась я. Парнишка оказался вполне смышлёным. Да и аура уже светилась не ужасом и злостью, а интересом.

Пройдясь пальцами по точкам на теле, сняла паралич конечностей у парней.

– Ты Пакса случаем не прибила?
– заволновался тот, сев на пол и переворачивая неподающего признаков жизни друга.

– Не-е…, через минутку придёт в себя, - окинула взглядом ауру парня. Его сознание уже постепенно выползало из спячки, куда я его отправила.
– Мне кажется, у него голова против ударов слабовата.

– Да…, - подтвердил, кивая Мик, - есть у него такой недостаток. Чуть что — сразу сотрясение мозга. Что-то у него врождённое с мозговым давлением.

– Тогда забирай напарника, и выкатывайтесь отсюда. У меня работа стоит.

Кивком я указала парню на дверь.

Тот без слов, перекинув безвольное тело друга через плечо, потащился к дверям. Ногой открыв дверь, он вывалился в коридор.

– Куда ты соседку тащ...?
– не разобравшись, кого несёт парень, уставилась на него наглая соседка. Договорить она не успела, поскольку разглядела тело, болтающееся на плече, и увидела меня, за спиной парня, закрывающую за ним дверь.

Что там Мик ей высказывал за дверью, особо не прислушивалась, но через несколько минут раздался робкий стук в дверь. Мне как раз только удалось подключиться к учебному планшету.

– Да, дадут мне сегодня поработать или нет?
– рявкнула я, поворачиваясь к двери.

– Э-э-э…, надо поговорить, - засунув голову в дверь, но не решаясь войти, пробормотала соседка.

– Входи уж!

Со вздохом я оторвалась от работы и развернула вращающийся стульчик в сторону входа. Не пускать соседку в комнату было бы неправильно.

Мелкими шажками она добралась до своей койки и вопросительно посмотрела на меня:

– Я присяду?

– Короче, - недовольно уставилась я на соседку.

– Я не со зла на тебя наехала, - потупилась она, сев на койку и теребя рукой край одеяла.
– С детства не люблю жить с кем-то в одной комнате. Тем более, не люблю помогать учиться тупым ученикам. Как говорит школьный психолог: характер у меня замкнутый. С людьми схожусь плохо. Начальник общежития ни в какую не хочет выделять мне отдельную комнату, хотя их тут полно, особенно на верхнем этаже. По правилам школы, если со мной откажется жить соседка, то нас расселят по разным комнатам, а поскольку для всех первоклашек наставников уже выбрали, я смогу жить одна.

– Что это ты решила так разоткровенничаться с соседкой?

Мне стало интересно.

– Мик приказал, иначе грозится со мной больше не разговаривать, а среди одноклассников у меня больше друзей нет, - не отрывая глаз от пола, пробормотала соседка.

По ауре прекрасно видно, как тяжело даются ей такие признания.

– С Миком ты знакома с детства?
– предположила я.

– Да, - вздохнула девушка, - наши дома рядом расположены. Родители достаточно богаты и влиятельны, чтобы устроить нас в эту школу.

– Чем занимаются родители, если не секрет?
– тут же поинтересовалась я.

– Совместно с родителями Мика владеют фермами на юге и входят в первую сотню богатейших семейств империи. Насколько я знаю, твоя семья входит в богатейшую двадцатку.

– Нет..., семья деда, - покачала я головой, - отец с семьёй в ссоре. По богатству мы вряд ли входим в десять тысяч.

– Но как же так?
– удивилась соседка.
– В эту школу попадают дети только из входящих в полутысячу богатейших семей, незадействованных в органах имперского управления. Дети управленцев учатся в первой имперской школе.