Разглядывая Веру, Лёшка качнул головой и неопределенно хмыкнул.

– Это ты к чему? – задала резонный вопрос, отпивая обжигающий эспрессо.

– Да так… - сминая пальцами обрывок розовой бумаги, снова хмыкнул он. – Не понимаю я тебя, Донская, по шкале странности ты точно заняла бы первое место. Невозможно понять, что творится в твоей голове.

– Зато ты как на ладони.

– Да ладно? – вскинул бровь, превращая кусочек бумаги в шарик.

– Да-да, ты прозрачен, как никто. Более чем уверена, что знаю, как ты проводишь каждый свой вечер.

– Ну-ка, очень интересно, - подался вперёд, не скрывая любопытства.

– Ну а что тут говорить? Смена, после смены бутылка пива и сон. Вечером какой-нибудь шумный бар, посиделки со студенческими друзьями, флирт с очередной блондинкой в мини, проснешься ты тоже с ней и, взяв номер телефона, никогда не позвонишь. Пару раз в месяц поездка к родителям в Одинцово, шашлыки на даче… И так по кругу, скукотища, - Вера сделала ещё глоток, наблюдая за его реакцией.
– Ну как, в точку?

Ненахов криво улыбнулся, раскатывая пальцем по столу розовый бумажный кругляш.

– Колись, ты что, следила за мной? – поднял на неё свои сумасшедшие синие глаза, и Вера ещё раз отругала себя за то, что не умеет выбирать мужчин. Ну ведь красавец же! И чего ей надо...

– На самом деле ты хороший, Лёшка, только зачем-то скрываешься под маской плохого парня.

– Все мы носим какие-то маски. Да, Вер?

Донская отвела взгляд, делая вид, что изучает облысевшие деревья за окном.

Нет, это исключено. Он точно не знает о Матильде.

Повернулась, нарисовав открытую улыбку.

– На самом деле моя жизнь ещё скучнее, Ненахов. Ты хоть успеваешь таскаться по клубам, а у меня только работа, работа...

Видавший виды старенький смартфон завибрировал в кармане, Вера нашарила трубку и бросила взгляд на экран: Вазген. Вот его она точно хотела бы сейчас слышать меньше всего.

– Прости, у меня тут… - скривилась, всем видом показывая, что предстоит неприятный разговор. Лёшка понимающе кивнул и, отщёлкнув пальцами идеально ровный бумажный шарик, вышел из ординаторской.

Вера подошла к окну и приняла вызов.

– Детка, ты не забыла, что сегодня я жду тебя к десяти? В прошлый раз ты так резво убежала.

– Вазген, прости, я не выйду, - по стеклу бежал конденсат, собираясь на пыльном пластике в холодные лужицы.

– То есть как это – не выйдешь? Ты же прекрасно знаешь, декабрь – аншлаг!

– Прости, но я правда не могу. Я устала, к тому же нашла другую работу, я же тебе говорила.

– Да мне похеру! – взвизгнул он и громко шмыгнул носом. – Ты же знаешь, что сейчас мне некем тебя заменить, твой номер – коронка вечера!

– Ты же говорил, что у тебя там очередь из сисястых студенток, так выбери кого-нибудь.

Вазген сипло выдохнул в трубку и произнёс по-отечески миролюбиво:

– Малышка, давай забудем старые обиды, о'кей? Ну что мы как не родные с тобой? Сколько мы уже вместе?

– Почти три года.

– Ну вот – целых три! Шутка ли.

– Вазген, я всё решила – я больше не выйду. Никогда. Пусть Золоторёва выступает с моим номером, тем более она хотела, - прозрачная капля одиноко стекла на подоконник.

– Если бы я хотел Золоторёву, то танцевала бы Золоторёва! – раздражённо буркнул он. – К тому же она тоже прогуливает – погрязла в новой любви с каким-то плебеем. Вы что, сговорились все?

– Увы, ничем не могу тебе помочь, я всё решила. Извини, мне капельницу пора менять, - нажала сброс и, подумав, совсем отключила телефон.

Даже дышать стало легче. Неужели всё? Не нужно больше терпеть эти унижения, превозмогая брезгливость, ощущать на своём теле похотливые взгляды и прикосновения влажных ладоней? Давно пора развязаться с этим! И Нину надо вытаскивать.

Хотя Вера обречённо понимала, что если бы не работа у Крестовских, то вряд ли бы она решилась на такой отчаянный шаг. Ей нужны были деньги. Много денег. Работая медсестрой в заурядной больнице, никогда не заработаешь даже на приличный пуховик, не то, что на осуществление задуманного.

А вдруг Ларисе станет хуже, а вдруг она… Мысль неприятно покоробила. Цинично конечно, но, наверное, Вера как никто желала сейчас своей подопечной крепкого здоровья. Просто если Ларисы не станет, она лишится прибыльного места работы, а этого никак нельзя допустить. Пока нельзя. Не сейчас.