— Чай? Кофе? Сахар? Есть молоко, — скрестив ладони, спрашивает он, с трудом отвечая улыбкой на пустой взгляд голубых глаз.

— Кофе. Без сахара, — всё так же сухо отвечает она.

Делая полученный заказ, Вадим подбирает слова с учётом сложившейся ситуации. Ставя кружку на стол, довольно улыбается, видя уплетающую его готовку девушку.

— Приятного аппетита.

Никакой ответной реакции, и он присаживается напротив подопечной.

— Вчера мы так и не успели представиться. Я Вадим, а ты Аня, это я уже знаю, — дружелюбно говорит он, хотя и понимает, что девчушка с синим гнездом на голове его практически не слушает. Вздохнув, он набирается сил перед следующим монологом. — Пожалуйста, прости меня за случившееся. Я виноват, перегнул палку и хочу искупить свою вину. Поэтому буду очень рад, если часам к пяти ты составишь мне компанию в поездке в Абинск. В разумных пределах куплю тебе всё, что захочешь. Что скажешь?

После его вопроса Аня перестаёт есть и задумчиво смотрит в тарелку.

— Да!

Подняв на Вадима сияющие глаза, воодушевлённо отвечает она, растапливая тревогу в его душе своей чудной улыбкой. Ему кажется, что предложение совместной поездки в город оказалось очень удачным, хотя ранее он планировал затянуть её в машину очередным приказным тоном и лишить возможности участвовать в покупках.

— Да! — повторяет она. — Мне нравится! Слушай, не парься о вчерашнем. Всё нормально, правда. И… ты классно готовишь!

— Мир? — осторожно спрашивает Вадим, заглядывая в ставшие озорными глазки и всё ещё не веря в такое чудо.

— Жвачкой делиться не буду, — задорно отвечает подопечная, возвращаясь к еде.

***

Слегка присев на капот, Вадим к назначенному времени уже ожидает на улице, и не перестаёт наслаждаться погашенным конфликтом. Прошедшие часы выдались идеальным: за обедом они непринуждённо болтали, а затем мирно разошлись по своим делам, собираясь в поездку. За пять минут до назначенного срока Аня выходит на улицу, что называется, «при параде»: чёрная с белым принтом короткая блузка, открывающая вид на подтянутый живот, рваные джинсы и белоснежные кроссовки, а плечо украшает небольшая сумочка на тоненьком ремешке. Её глаза подведенные черным карандашом, а копна уложенных синих волос делает девчонку еще более броской и заметной.

— Гоу? — спрашивает она, направляясь в сторону услужливо открытой двери.

Усадив подопечную, Вадим запирает дом и включает сигнализацию, после чего усаживается за руль. Задним ходом выезжая со двора, он краем глаза любуется пассажиркой и никак не может нарадоваться наступившей гармонии между ними. Та с любопытством осматривает салон, нервно теребя бегунок на сумочке.

Чем дальше они отъезжают от деревни, тем взволнованнее и веселее становится Аня. Её энергия и прохладный предвечерний ветерок воодушевляют Вадима, заряжая его бесконечным приливом душевных сил и наполняя уверенностью в себя и в своё будущее. Ему кажется, что ещё чуть-чуть, и эта лёгкость поднимет их в воздух вместе с машиной, и они воспарят в небеса. Он даже начинает опасаться, не было ли в использованных им специях какой-нибудь наркотической отравы, так ярко влияющей на них обоих.

— Ты любишь ходить по магазинам? — спрашивает Вадим, пытаясь разогнать бурлящую в нём эйфорию.

— М? — Аня заинтересованно поворачивается к нему.

— Ты так воодушевилась, услышав о поездке.

— Ну… — подопечная мнётся, гоняя бегунок сумочки туда-сюда. — Просто боялась, что всё лето проторчу…

— В комнате? — Вадим хмыкает.

— М… типа того.

— Ясно, — тянет в ответ. — Список составила?

— Чего?

— Как «чего»? Покупок! Мы же в город едем, а не в ту забегаловку в деревне, — смеётся Вадим.

— Да так, по мелочи, — подопечная пожимает плечами. — То, сё. Покажу.

— Лады, — улыбается он.

Вадим задумывается над тем, о чём ещё они могут поговорить. Однако ему кажется неправильным насильно вытягивать из неё слова — он всё ещё боится ухудшения их взаимоотношений, а потому начинает очень трепетно относиться к ней, одновременно не попирая сказанные ночью слова. В итоге, так и не найдя тему для продолжения разговора, Вадим сосредотачивается на дороге, которая теперь выглядит совершенно по-новому не только из-за смены направления, но и его возвышенного настроения. Машина несётся вперёд, горы остаются позади и вокруг остаются только лесные массивы.

Меньше чем за четверть часа с начала путешествия они достигают федеральной трассы, даже в это время дня забитой плотным потоком машин. Не желая выжидать удобного момента, Вадим нагло и настойчиво вклинивается в этот поток, разрезая его поперёк, прорываясь на территорию Абинска.

— Мда… и это город? — удивляется он, осматривая хорошо асфальтированную улицу, больше напоминающую окраину Шапсугской, только без гор и леса.

Следуя указанию навигатора, он едет прочь от трассы, и окружение стремительно обрастает постройками и растёт ввысь. В конечном итоге, припарковавшись на свободном местечке в самом центре небольшого городка, Вадим выходит из машины. Подопечная поступает также, с интересом вертя головой по сторонам, осматривая незнакомое место в поисках интересных магазинов, как кажется Вадиму. Главная улица практически свободна от транспорта и не так многолюдна в это время дня, в сравнении даже на самым мелким краснодарским рынком. Как и подопечная, Вадим также впервые здесь, однако легко ориентируется на незнакомой территории — ещё до выезда он разведал все нужные ему магазины. Аня, как пышный и яркий хвостик, семенит за ним, продолжая с интересом оглядываться по сторонам.

Проходя мимо ряда машин с шашечками и скучающими рядом таксистами, Вадим без труда замечает, что своей внешностью подопечная притягивает внимание окружающих. Его напрягает это — не хватало, чтобы кто-то из прохожих узнал её и оказался одним из тех самых хейтеров с форумов, активно желающих ей смерти или несчастья. У него появляется мысль свозить её к одной знакомой парикмахерше, принимающей клиентов на дому. Почему-то он уверен, что Карина будет очень рада увидеть его вновь спустя несколько лет разрыва отношений.