— Я переоденусь, Ваше Высочество, — я издевательски поклонилась, что заставило Сильвию рассмеяться.

В туалетной комнате, когда натягивала джинсы и футболку, обнаружила, что мои пальцы дрожат. Я слишком много помнила об Эйдане. Более того, я волновалась, что, возможно, ему не нравиться, что Сильвия проводит время со мной. Его взгляд нервировал, будто он анализировал каждое мое слово и движение, пытаясь разобраться, насколько я хороша, чтобы быть рядом с его племянницей.

Я ненавидела это чувство.

Я встретила их снаружи, продолжая дергаться внутри, пока глаза Эйдана проходились по моему телу снова и снова. Невольно рука потянулась к волосам, и пальцы прошлись по коротким прядям в застенчивом движении. Впервые я пожалела, что подстриглась.

Джим не был единственным, кому нравились мои волосы.

Мне, нравились мои волосы.

Я была низкого роста, и имела склонность носить джинсы и шорты, поэтому длинные волосы заставляли меня чувствовать себя женственно. Я любила их. Любила завивать в локоны, заплетать в косы, убирать в небрежный пучок. Что угодно. С ними я чувствовала себя красивой. Да.

Наверное, я действительно поняла ценность моих длинных волос только сейчас. Почему я думала, что оставляла их длинными так долго, только из-за Джима? Но на самом деле, нет. Только сейчас я поймала себя на мысли, что мне не нравится моя мальчишеская стрижка. Определенно, как у чучела.

Тут же решив — мне все равно, что Эйдан Леннокс думал о моей внешности, я расправила плечи и пошла. Они зашагали рядом со мной.

— Дядя Эйдан сказал, что я могу поесть макароны с сыром снова, если они будут.

Макароны с сыром всегда звучали хорошо. Возможно, у меня в животе порхали бабочки, но я могла поесть и с ними. Может, углеводы раздавят маленьких ублюдков.

— Было бы здорово.

Это все? Это все, что я могла сказать? Почему слова покинули меня?

К счастью, Сильвия продолжала болтать все время, пока мы шли в столовую и стояли в очереди за едой. Эйдан заплатил за мой обед, и когда я поблагодарила, он отмахнулся от моих слов.

Раздражение пузырилось в каждой клеточке моего тела, но я забила на это. Эйдан перешел от поддразнивания в комнате отдыха, к стоической тишине и пустому выражению, которое хотелось смахнуть с его лица.

Мне нравилось читать людей.

— Итак, Нора. Какая у тебя фамилия? — начал Эйдан, когда мы сели.

— Неужели частный детектив не смог это выяснить? — вздохнула я.

Он ухмыльнулся.

— Я бы предпочел не платить ему за информацию, которую могу узнать от тебя.

Странно, но я подумала, что он не шутит о наличии частного детектива.

— О'Брайен, — ответила я, хотя технически была еще МакАлистер.

— Дядя Эйдан думает, что ты была великолепной, не так ли, дядя Эйдан? — сказала Сильвия, прежде чем засунуть в рот вилку с огромной порцией макарон.

Снова эта раздражающая ухмылка.

— Очень интересно.

Не разобрав, высокомерен ли он, я прищурилась.

— Я должна поблагодарить?

— Где ты работаешь? — спросил он резко.

— В магазине, — так же резко ответила я.

Его не удивила моя неконкретность.

— Эй, я знаю тебя?

— Вряд ли. — Я повернулась к Сильвии. — Макароны хороши, верно?

— Не так хороши, как мамины, но ничего. Может, ты сделаешь макароны с сыром когда-нибудь? — При этой мысли ее глаза загорелись.

— Боюсь, это не мой конек. Я научилась готовить в детстве, потому что вынуждена была, но не назвала бы это тем, что мне действительно нравится.

— И как же ты питаешься? — спросил Эйдан.

Он напугал меня своим сомнением, но я не дала ему понять это.

— Заказываю еду на дом. Я могу сделать заказ за пять секунд.

Неожиданная смешинка промелькнула на его лице.

— Ты не готовишь. Работаешь в магазине. И добровольно ходишь в детскую больницу. Не так уж много информации.

Пытаясь перевести обсуждение с меня, я спросила:

— А ты готовишь?

— Так, балуюсь, время от времени.

— Дядя Эйдан — супер повар, — сказала Сильвия.

Сюрприз-сюрприз.

— Он многому научился в путешествиях, не так ли, дядя Эйдан?

Мужчина с любовью посмотрел на нее, и я заметила, что он так и не коснулся своего супа и салата. Справедливости ради следует сказать, что салат выглядел, будто его сделали месяц назад.

— Ну да.

Я, правда, не хотела знать, но нужно было поддержать беседу, поэтому спросила: