Эйдан покачал головой, но улыбнулся.

— Сговорились.

От ожидания я застыла на месте, и он опустился на скамью для пианино.

— Что бы ты хотела услышать?

Я собиралась попросить его сыграть какое-нибудь свое произведение, когда Сильвия потребовала:

— «Прощай, дорога из желтого кирпича» (Прим.: «Goodbye Yellow Brick Road» — из седьмого студийного альбома британского автора-исполнителя Элтона Джона, вышедшего в 1973 году.)

К моему удивлению Эйдан напрягся, веселье исчезло из его глаз.

— Милая...

Сильвия облокотилась на пианино локтями и спрятала лицо в ладонях.

— Пожалуйста, — попросила она и посмотрела на него большими вымаливающими глазами.

Я не поняла ни нежелания Эйдана, ни скорби, промелькнувшей на его лице, прежде чем он спрятал ее и начал играть. Баллада мне была знакома только из-за Энджи. Эта песня Элтона Джона была одной из ее любимых. Выбор Сильви был удивителен не только потому, что песня появилась до ее рождения, а потому, что это была грустная история о человеке, который, как думал, получил от жизни все блага, но у него возникло ощущение, что она ему не принадлежит, и из-за этого стремился к более простой жизни. Обычной жизни.

Сильви была еще маленькая для этой песни.

Хотя эта композиция мне и нравилась, она не вызывала во мне эмоциональный отклик когда Энджи давала ее послушать. Тем не менее наблюдая, как пальцы Эйдана без особых усилий бегали по клавишам, при этом он с беспокойством смотрел на Сильви, я почувствовала, как мурашки пробежались по моей коже.

Нечто важное переходило от дяди к племяннице, но я не понимала происходящее. Все отягощалось столькими эмоциями, что могла только догадаться — эта песня имела какое-то отношение к Никки.

Когда мелодия затихла, над нами нависла тишина.

Я хотела протянуть руки и обнять их обоих.

Но, прежде чем смогла утешить их, Сильви выпрямилась и объявила:

— Я пойду, поиграю на гитаре, доведу игру до совершенства, чтобы дядя Эйдан добавил мою партию в песню.

Она выскочила из комнаты, и сладко-горькое выражение, сменилось решимостью. Эйдан и я проводили ее нежными взглядами.

— Она довольно удивительная, да?

Его взгляд скользнул туда, где она исчезла.

— Она — это Никки. Пока у меня есть Сильвия, я не потеряю свою Никки. «Прощай, дорога из желтого кирпича» была любимой песней Никки. Она попросила меня сыграть ее за несколько часов до ее смерти.

Эмоции буквально прожигали горло, и я сморгнула слезы, повернувшись к окну с видом на причал, чтобы он не увидел, испытываемые мной эмоции.

— Могу я еще что-нибудь для тебя сделать? — спросил он.

В его голосе звучал намек. Я быстро вытерла свои слезы и выстрелила в него взглядом.

— Нет, не можешь.

Он засмеялся.

— Я не это имел в виду. Грязная девчонка.

Я прикусила губу, чтобы сдержать улыбку, но рядом с ним это было невозможно.

— Можно мне воды, пожалуйста.

Менее чем через минуту, у меня в руке была бутылка воды, и мы устроились на угловом диване, на необходимом расстоянии между нами. Звуки гитары Сильвии, и ее нежный голос звучал саундтреком на заднем плане.

Я размышляла о прошлой ночи и о том, как близко мы были, чтобы заняться любовью.

— Почему ты не упоминал про Лэйну до прошлого вечера? — наконец выпалила я.

Эйдан нахмурился.

— Разве я не упоминал?

— Нет.

— Она давно уехала, я и не думал, что она быстро вернется. Прошлым вечером ты видела ее худшую сторону. Мне жаль. На самом деле она действительно хороший человек. Просто защищает своих друзей и семью.

Хм. Защита, конечно.

— Как долго вы друг друга знаете?

— С тех пор как мы были детьми. Подростками.

— И вы просто друзья? — я решила, что хватить ходить вокруг да около. Если у Эйдана есть друг, мне нужно было знать об этом.

Что-то мелькнуло в его глазах, прежде чем он сказал:

— Просто друзья.

Подозрительно. Я подняла голову, внимательно смотря на него.

— И всегда были просто друзьями?

Он вздохнул.

— Мы встречались, когда были юными. Шестнадцать — семнадцать. Потом расстались, но остались друзьями. Тебе незачем ревновать. Поверь мне.

Они встречались, когда были подростками. Он бросил ее, и она просто перестала париться по этому поводу? Я могла быть полностью неправа, но для той, кто была «действительно хорошим человеком», прошлым вечером она вела себя как действительно отменная стерва. И женщины становились «стервами» только тогда, когда их злили, бросали и прочее.