Так или иначе, но, скрипнув от «радости» зубами, Севе пришлось идти к ярлу. К тому самому, с которым он не имел ни малейшего желания знакомиться. Мог бы, конечно, и упереться. Но это бы выглядело слишком подозрительно. Вот и пошел. Куда деваться то? В сопровождении Лосмерил, разумеется. Эта девица от него не отходила ни на шаг. Да и рядом они являли собой вполне законченную и эстетически гармоничную картину. Визуально во всяком случае.

Встретили их не очень приветливо. Без злобы, но и без минимального налета радушия. Лосмерил воспринимала это обычно… обыденно. И смотрела на всех вокруг как на говно, каковым она их искренне и считала. А вот Всеволоду было очень не по себе.

— Сколько осталось воинов у северных ворот? — Спросил его ярл.

— Почти все. У нас только трое раненых. Да и те — легко. Убитых нет.

— Вас что, совсем не атаковали? — Удивился Харри Слизли — изрядно помятый воин, щуривший подслеповатые глаза, явно нуждавшиеся в очках.

— Почему? Атаковали. Выбили ворота. Ворвались внутрь. Но мы отразили натиск. Убили трех шаманов, четырнадцать рахас и пятьдесят три обычных орка.

— Если не считать того рахас, которого убил Орторил на поединке, — добавила Лосмерил, упорно называя нашего героя на манер синдар. — С одного удара.

— Рахаса? С одного удара? Сказки какие-то… — скептически фыркнул Харри Слизли. И его охотно поддержали остальные, начав потешаться над словами «ушастиков». Кроме ярла, который молчал, с интересом наблюдая за реакцией эльфов.

Лосмерил разозлилась не на шутку. Она покрылась красными пятнами. Ноздри ее раздулись. А глаза налились праведным гневом. Дама уже хотела выдать им что-нибудь грубое. Уже даже набрала воздуха в легкие, но Всеволод остановил ее, произнеся на языке синдар:

— Они забавны, не правда ли?

— Что?! Почему?

— Это же очевидно. Не сумев организовав крепкую оборону на вверенных им участках, эти люди ищут самоутверждения за счет оскорбления своих союзников. Они не верят в наш успех, потому что, видимо, сами бестолковые. Вот по себе всех вокруг и мерят.

— Вы много воевали? — На ломанном языке синдар поинтересовался ярл.

— Бывало, — мягко улыбнувшись, ответил Всеволод.

— Против кого, если не секрет?

— Вы слышали о Пылающем легионе?

Ярл покивал, принимая ответ. О Пылающем легионе он ничего не слышал, но подавать вида не хотел. Да и вообще, ему было очень приятно похвастаться перед своими воинами, что он с эльфами на одном языке говорит. Практически на равных. А потому, развивая эту выгодную для него ситуацию, произнес, обращаясь к собственным воякам:

— Я видел сам как Всеволод сразил в поединке рахаса. Это из окон верхнего замка многие видели. Всего один удар и тот упал.

Смеявшиеся воины заткнулись. Если уж ярл выразил свое отношение, то и им не стоит поперек идти. Тем более, что Всеволод на подначки не велся, смотря на них с едва заметной жалостью. Да и Лосмерил под его влиянием перестала злиться, хотя поначалу вспыхнула как сухая береста. О ее презрении к людям и крайне заносчивом поведении все вокруг прекрасно знали, возвращая отношение той же монетой, непрерывно подначивая и насмехаясь.

С собрания Всеволод вернулся не в таверну, а к воротам, где развил бурную деятельность на правах официального теперь начальника. Прежде всего затеял возведение подковообразной баррикады из скрепленных повозок и стрелковых позиций вокруг нее. Кроме того, озадачил жителей окрестных домов изготовлением максимально примитивных коротких копий в значимых количествах. То есть, фактически, заточенных палок. Дистанции для броска были подходящие, а стрелы после дневного боя никто новые не подносил. Так что — он решил исходить из правила — спасение утопающих дело рук самих утопающих. Еще и камни велел, подходящие для броска, натаскать, сложив в корзины…

И только наладив все дела на вверенном ему объекте, он отправился отдыхать. Тем более что Лосмерил уже места себе не находила и рычала на всех подряд. Но стоило Всеволоду удалиться, как ожидавший этого вестовой, сразу увел кое-кого из его новых подчиненных «на ковер» к ярлу. А именно — Эрвина — командира отряда городской стражи, и Элдервалира — лесного эльфа, что возглавлял сводный десяток лучников…

— Как вам этот альдар? — Спросил ярл у обоих чуть ли не с порога.

— Лучший воин, которого я когда-либо встречал, — ответил Эрвин.

— У вас действительно такие скромные потери? — Уточнил Харри Слизли.

— Да. И, прежде всего, благодаря ему. Всеволод принял удар орков на себя. Левый фланг ему прикрывала Лосмерил, правый — я. Мои бойцы держались в нашем тылу и как такового участия в битве не принимали.

— То есть, удар приняли на себя не он, а вы трое? — Переспросил Слизли.

— О нет! Я едва держался на самом легком фланге. Моя роль была проста — не пускать никого к нему в бок и тыл. Но и так я едва устоял. Снежная эльфийка превосходит меня в боевых навыках безгранично. Я и двадцати ударов сердца перед ней не устою в поединке. Всеволод столь же существенно превосходит ее. Никогда не видел, чтобы так сражались.