Блядь. Я знал, чего она хочет. Внезапно я почувствовал, что чертовски нервничаю. Я никогда не нервничал перед сексом, даже в первый раз. Однако, увидев выражение лица Джеммы и осознав, как много этот момент значил для нее, мой собственный пульс ускорился. Джемма ждала этого момента ради меня, так много лет, что я хотел, чтобы это было идеально для нее.

— Чего ты хочешь, Джем? — хрипло спросил я, хотя и видел это по выражению ее лица.

Я хотел, чтобы она это сказала. Это был ее выбор. Не потому, что ей наконец разрешили заниматься сексом в браке или потому, что кто-то дал свое согласие. Предполагалось, что именно этого она и добивалась.

— Это нормально говорить то, чего ты хочешь, Джем.

Игнорируя свою собственную потребность и пульсацию в моих яйцах, я ждал, что Джемма, моя жена, скажет то, что она хотела, даже когда ее щеки стали более темного оттенка красного.

Глава 29

Савио

Джемма судорожно сглотнула, ее глаза умоляли меня принять решение. Я поцеловал ее в щеку, и даже когда это убило меня, я начал скатываться с нее. Ее пальцы впились мне в спину, цепляясь за меня.

— Сделай меня своей.

Мое сердцебиение сразу же ускорилось. Я поцеловал ее в губы, пытаясь взять себя в руки.

— Ты принимаешь таблетки?

Она слегка кивнула.

Я заставил себя подняться и вылезти из футболки, прежде чем снова лечь на Джемму. Поцеловав ее, я просунул руку между нами и нежно раздвинул пальцем ее складки. Она была мокрой и распухшей от оргазма. Я дразнил ее вход пальцами, легкими взмахами имитируя то, что мой язык делал в ее рту, прежде чем погрузил палец внутрь. Я застонал ей в рот, чувствуя, как ее стенки давят на меня.

Вскоре Джемма начала двигать бедрами, встречая каждый толчок моего пальца, когда подушечка моей руки надавила на ее клитор. Ее глаза были полузакрыты, наполненные похотью, и давление ее бедра на мой член почти сводило меня с ума, но я продолжал нежно двигаться в ней, пока она не приблизилась к освобождению. Прежде чем она успела кончить, я убрал палец.

На ее лице промелькнуло замешательство.

Я скатился с нее и начал расстегивать джинсы, а затем потянулся к ее рукам, чтобы она помогла мне. Если бы она просто лежала там, то нервничала бы еще больше. Вскоре мы освободили меня от оставшейся одежды. Нервы наполнили глаза Джеммы. Однако я не дал ей много времени для беспокойства.

Я устроился между ее ног, но не сразу достиг конечной цели. Джемма была готова к боли, напряженная и взволнованная подо мной, несмотря на оргазм, который я ей подарил, и я хотел, чтобы она снова расслабилась.

Я целовал ее без спешки, мой член прижался к внутренней стороне ее бедра. Как и раньше, я протянул руку между нами и начал трахать ее пальцем, пока она снова не оказалась близка к освобождению. Не сводя глаз с ее прекрасного лица, я добавил второй палец. Это было гораздо более плотное погружение. Она задержала дыхание, пытаясь привыкнуть к растяжке. Я медленно скользил пальцами внутрь и наружу, опьяненный ощущением ее тела. Она была такой чертовски мокрой, что это сводило меня с ума. Я начал тереть ее клитор большим пальцем, пока двигался в ней. Мой язык имитировал то, что мой член скоро будет делать с ее красивой киской, заставляя Джемму стонать в мой рот. Я слегка отстранился и убрал пальцы с ее киски, прежде чем потянуться к своему члену. Я снова погрузил в нее два пальца, прежде чем подтолкнуть ее своим кончиком.

Джемма выдержала мой пристальный взгляд, ее губы приоткрылись. На ее лице не было ни малейшего колебания или сомнения. Я начал входить в нее так медленно, как только мог. Джемма прижалась к моей спине. Я снова поцеловал ее в губы, а затем погрузился еще глубже. Вскоре она стала невероятно тугой. Я изменил угол наклона и с более сильным толчком устроился полностью внутри нее. Джемма поморщилась, ее дыхание превратилось в резкий выдох.

Черт возьми, она чувствовалась прекрасно со мной. Должно быть, я умер и попал прямо в рай. Я осыпал поцелуями ее веки и напряженный рот.

— Я так чертовски долго ждал этого, ради тебя, Джем, но оно того стоит. Ты само совершенство.

Она прижалась ко мне, быстро дыша. Когда она подняла глаза, они блестели, и я напрягся.

— Джем?

Она слабо улыбнулась мне, и тиски вокруг моего сердца ослабли.

— Я просто счастлива.

Это был первый раз, когда я заставил девушку плакать во время секса. А потом это уже было само собой разумеющимся. Не зная, что сказать, и уж тем более что-то, что не испортило бы момент, я обхватил ее голову руками и начал двигаться, мягко, мучительно и медленно.

— Как это?

— Хорошо.

Я сузил глаза. Она не звучала, что была в порядке.

— Правду, Джем.

— Мне больно, — сказала она и, увидев выражение моего лица, добавила: — Но мне все равно. Я так долго ждала этого, чтобы ты наконец стал моим.

— Ох, Джем, я всегда был только твоим, и этот момент чертовски особенный, поняла?

Я поцеловал ее, открывая этот опасный рот, посасывая эти пухлые губы. Все девушки до нее ничего не значили. Джемма была настоящим человеком. Последние две недели, проведенные с ней в браке и наслаждаясь ее обществом, показали это. На мгновение мне захотелось произнести три слова, которые я никогда раньше не произносил, но потом я взял себя в руки. Я дразняще улыбнулся.