– Третий раз я ощущаю стойкое утекание жизни, свежести восприятий впечатлений, убывание любви и желаний. Молодым после жизненных неудач кажется, что все у них уже позади, а мне мерещится, что все еще впереди. Идеалистка-пессимистка. А вдруг повезет?

«За соломинку цепляется. Не меня, себя убеждает», – поняла Лена.

– Не углубляйся в переживания. Они – как удушающий спазм, оставляющий после себя ядовитую коррозию души.

Она осторожно погладила подругу по волосам и пробормотала: «Не раскисай. Все будет хорошо». Та трогательным котеночком прижалась к ней. «Добрые слова – это уже много», – пробормотала она. Ей так хотелось верить!

– Говорят, память вытесняет и утрачивает то, что нам в себе и в других не нравится. Вот и верь после этого великим, – неожиданно каким-то чужим голосом сказала Инна. – Вернуться бы назад… Многое в своей жизни исправила бы. О, это жестокое безжалостное прошлое! Не жизнь была – конец света. И вся коту под хвост. И романы приносили больше разочарований, чем удовольствия. И мужья были, и любовники. Теперь их стыдливо принято называть гражданскими мужьями. Гражданский брак – это когда у женщины ответственности много, а прав мало, а у мужчин наоборот. Мужчине достаточно сказать: «Она перестала соответствовать моему идеалу». И адью! И женщина потерпела фиаско.

Нет, я, конечно, хитрая, первая уходила, сама оставляла мужчин, почувствовав приближающийся разрыв. С моим-то самолюбием! А что меня могло удержать? Их невыносимо безудержные выплески тоски по вечерам, их пиво за телевизором – и все! Так недолго и с резьбы слететь. – Инна раздраженно покривилась левой стороной лица. – «Судьба-понедельник» мне досталась. Да чего уж там. Всё, что пережила, – всё моё. Одна радость была – племянники. С ними душу отводила. Им извлекать из моей жизни уроки. Успеть бы повидаться, пока… Откладывать нельзя. Прощание может затянуться. Разбросало их.

«Измотанная воспоминаниями и переживаниями, Инна ждет от меня подтверждений ее состоявшейся жизни, что не пустой, не бесцельной она была, – поняла Лена. – С чего бы начать?»

– А сестра не ревновала, что ты ее детей приваживала?

– Рада была помощи. Ей без меня трудно было бы поставить мальчишек на ноги.

После непродолжительного молчания Инна опять заговорила:

– Оглядываясь назад с высоты своего далеко не молодого возраста, я часто размышляю. Сладостные мечтания юности, томление духа, любовные страдания – это счастье? Ты говорила, счастье – это мгновения, моменты. Но не те, что ты думаешь: например, рождение ребенка или замужество. Это другое. Вот я как-то шла по лесу одна и не волновалась, что заблужусь. И такое необычное чувство ощущала, что ни в сказке сказать, ни пером описать! А племянник по-своему счастье определил, мол, это моменты доброты там, где их не ждешь. В армии, например, или на экзамене.

– Счастье многогранно.

– Послушай, Лена, любовь, семья – это теорема, которую надо ежедневно доказывать, это костер, в который надо все время дрова подбрасывать. Не понимаю, чем подпитывалась твоя любовь к Андрею? Она в тебе законсервировалась? – Инна неожиданно перевела «стрелки» на подругу.

Лена с трудно дающейся отстраненностью объяснила свою точку зрения:

– В любви, по-моему, самое важное – духовная составляющая, энергетическая связь между мужчиной и женщиной. Возьмем для примера Эмму. Она любила, он нет. У нее есть духовная составляющая любви, у него нет. Эммина энергия не делилась, не передавалась ее мужу. Она принадлежала только ей. Между ними не могло возникнуть энергии притяжения. Что их связывало? Сначала постель, а потом – ничего. И это страшно.

Энергия взаимодействия возникает, если оба любят, как Эмма. И не тогда, когда любящие касаются друг друга, а еще раньше. Сначала зарождается сильнейшее поле духовной связи. Не путай его с физическим влечением.

– Только, видно, у мужчин она редко бывает. Один случай на тысячу, – недоверчиво заметила Инна. – Ее можно воспитать, взрастить?

– Энергия этого особого взаимодействия почти до старости свежа, ярка и остра. Чаще всего она проявляется как тихая нежная радость, реже как мощная, бурная. Она постоянно присутствует между любящими людьми. Она как электростатическое электричество. Такова моя аналогия, такова моя упрощенная, абстрактная модель поведения людей.

Аня не поняла бунинские «Темные аллеи», потому что не знала обоюдной духовной связи с любимым человеком, не испытала магии энергии взаимодействия двух любящих сердец. (Лена не хотела приводить в пример Инну, чтобы лишний раз не ранить её?) А мы с Андреем любим друг друга. И хотя мы разошлись, эта связь между нами осталась. Я чувствую, что он мается своей ошибкой, помнит меня, продолжает любить. Для меня ощущать его энергию – как необходимость дышать. И его она поддерживает всю жизнь.

– И, несмотря на это, вы разбежались, – неделикатно напомнила Инна.

– Дело было за малым, за порядочностью, – горько пошутила Лена. – Любовь слишком тонкая материя, чтобы об нее ежедневно, как о половик, ноги вытирать. Тут вопрос воспитания взглядов.

– Помнится, в школе ты в своей шутливой теории любви тоже сравнивала людей с ионами или атомами, помещала их в различные по мощности электромагнитные поля, исследовала силы взаимодействия. Чудачка. А в жизни все намного проще и грубее. Моя приятельница рассказывала: «Смотрит мой муж порнуху и плачет огромными слезами: хочу таких женщин, а ты такая благонравная и благовоспитанная, аж тошно. И ушел от нее. Набегался и через десять лет вернулся. А ты говоришь духовный контакт.