Я продолжила рассказ.

— О зверинце заботится Сахир, но он был ранен во время атаки и оставался в медицинском отделении несколько дней. Во время ужина я пошла кормить Хуго, Вульфа и Менуэт, а Джордан присоединилась ко мне, чтобы помочь.

— Конечно. Я же такая хорошая подружка.

Я закатила глаза, посмотрев на неё.

— Шеймус и Ниалл ожидали у двери, пока я всех кормила, а Джордан пошла в офис Сахира, откуда она смогла видеть нас на мониторах системы безопасности. Я подала ей сигнал, и она вырубила свет.

— Но разве воины не достаточно хорошо видят в темноте? — спросил Роланд.

— Да. И близнецы отправились прямиком к Саре, что нам от них и требовалось, — Джордан давилась от смеха. — Затем она шарахнула током их ирландские задницы.

Роланд грубо захохотал.

— Ты не сделала этого.

— Совсем немного. Мне просто надо было «заморозить» их на достаточно долгое время, чтобы мы смогли взять их рации и запереть их в вольере Алекса. Когда мы с Джордан покидали здание, они уже темпераментно ругались. Я посчитала, что как минимум в течение часа никто не пойдёт искать нас в зверинец. Вряд ли, Шеймус с Ниаллом вынуждены будут провести там всю ночь.

— А теперь наступает самая интересная часть, — сказала Джордан. — Готова поспорить вы считаете, что мы улизнули через лес, верно? Нет, это не про нас. Мы прыгнули в реку.

— Ну, конечно же, — иронически высказался Питер. — Серьёзно, как вы сбежали?

— Мы сплавились по реке. Я использовала свою силу, чтобы согреть нас и заставить воду отнести нас туда, куда нам было надо.

Я позаимствовала эту идею с ночи нападения, когда мы с Джордан плыли по реке к бастиону, спасаясь от вампиров.

Питер ошарашено приоткрыл рот, а Роланд выругался.

— Вы в своём уме? Вы же могли умереть!

— Я, и впрямь, хороша в контролировании воды. Нам совершенно ничего не угрожало. Кроме того, Феорин и Фианнар всё это время были с нами.

— Что? — Джордан рывком дёрнула руль, и машина немного вильнула, прежде чем она выравнила её. — Что ты имеешь в виду, говоря, что они были с нами?

— Думаю, они любят приглядывать за мной. Я видела их несколько раз по пути. Я не рассказала тебе, не хотела, чтобы ты впала в панику. У келпи не самая лучшая репутация.

— Вполне обоснованно! Ты не могла сказать мне, когда мы выбрались из реки?

— Я, так сказать, была занята в попытках не замерзнуть до смерти, и выбраться из города. Полагаю, важным мне это вовсе не показалось в сравнении со всем остальным, — я рассказала Роланду и Питеру о встрече с Дереком и Весом, и о покупке машины. — И вот мы здесь.

— И мы здесь.

Роланд выглядел возбуждённым и нервозным одновременно.

— Наши вещи у вас, верно? — спросила я, и он кивнул в ответ.

Я понимала, что возможности ускользнуть с рюкзаками у нас не было, поэтому мы с Джордан передали парням свои вещи, а они запрятали их в своих больших сумках. Как только доберёмся до Солт-Лейк-Сити, мы с ней сможем купить себе рюкзаки.

— Джордан, может, ты хочешь прибавить газу, — сказал Роланд. — У меня нет никакого желания натолкнуться на воина-Мохири после рассказа о трюках, которые вы обе выкинули. Что-то подсказывает мне, воспримут они это не особо хорошо.

— На шаг впереди тебя, Волчонок.

Я взглянула на спидометр и увидела, что скорость уже приближалась к 90 миль в час (145 км/ч).

— Только не попадись полиции.

У неё не было водительских прав и страховки. Нам только не хватало натолкнуться на какого-нибудь сотрудника полиции, сующего нос в наши дела и задающего вопросы.

Как только мы выехали на автомагистраль, разговор вернулся к Альбукерке и перспективам обнаружить Мадлен. И самое важное, что я собиралась делать, когда найду её. Теперь, когда я подобралась ближе к встрече с ней, я не знала, что скажу. Это не будет милым воссоединением матери и дочери. Мадлен была незнакомкой для меня, кем-то, обладающим информацией, необходимой мне для обеспечения любимым людям безопасности.

Примерно через час или около того разговоры поутихли, и я погрязла в своих мыслях. Теперь, когда мы благополучно уехали, чувство вины поселилось во мне. Мне ненавистно было думать, через что пройдут Тристан с Нейтом, когда обнаружат, что я натворила. Тристан был почти таким же покровительственным, как Николас. Я пообещала себе, что буду звонить им как можно чаще, невзирая на понимание, что это не ослабит их опасений. Я подумала о звонке Николасу и тягостно сглотнула. Уже и без того его отсутствие ощущалось пустотелой болью в груди.