— Что это? — спросил Роланд.

Я открыла глаза и в изумлении посмотрела вниз на сверкающие крупицы, появлявшиеся вокруг нас в воде. Крапинки света приумножались и двигались навстречу ко мне, впиваясь в каждую часть меня, что была под водой. В утомлённом очаровании я наблюдала за ними, пока они укутывали меня в тёплое золотистое зарево. Вздох сорвался с моих губ, когда знакомое тепло проникло под кожу, в мускулы, кости, и в каждую промёрзшую часть меня.

— Это её магия — или магия воды, — сказала Джордан. — Я точно не уверена, что именно это такое.

— Чем бы это ни было, это помогает, — Крис подошёл ближе. — Её цвет улучшается.

Я откинула голову на грудь Николаса, когда истощение полностью отяготило моё тело. Он обнял меня.

— Вот так. Держись, Сара. Лекари скоро будут здесь.

Должно быть, я уснула, потому что в следующий раз, когда я открыла глаза, мне было тепло, я была сухой и снова завёрнута в одеяла и лежала на диване. Перед глазами проплыло чьё-то лицо, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы сосредоточить взгляд на женщине, которая показалась смутно знакомой.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, прикоснувшись к моему лбу и всмотревшись в мои глаза.

— А как ты думаешь? — пробормотала я, заработав от неё улыбку. Я вспомнила, что видела её в Весторне: — Ты Маргот.

— Всё верно. А теперь скажи мне, где болит. Ты всё ещё мёрзнешь?

— Сейчас мне тепло, но моя голова убивает меня. И я чувствую себя так, словно меня рвёт, но нечем.

Она кивнула.

— По словам остальных, ты почти ничего не ела за последние дни. Тебе необходимо питание и жидкость для поддержания сил, — она отвела руку, потянувшись за красной спортивной сумкой. — Я собираюсь поставить тебе капельницу, а потом мы перевезём тебя на самолёт. Мы вмиг доставим тебя домой, и там поставим тебя на ноги.

— Ладно, — я начала было спрашивать, где все, когда услышала низкое громыхание мужских голосов, исходившее из кухни.

— Привет, ты проснулась, — у подножия дивана появился Роланд. Его голубые глаза были непроглядными от беспокойства, и тёмные круги лежали под ними: — Ты до смерти нас напугала. Пожалуйста, больше так не делай.

Я одарила его слабой улыбкой.

— Посмотрю, что можно сделать.

Режущая боль прострелила голову, лишив меня дыхания и голоса. Я прижала руки к голове, когда вспышки света взорвавшись, застили мне глаза, и по мне прокатились волны мучительной боли. Хныканье сорвалось с губ, и я сложилась вдвое, когда колотящие удары безжалостно заколотили в моей голове. Я молила о беспамятстве, потому что если я буду вынуждена терпеть это ещё дольше, я сойду с ума.

Николас выкрикнул моё имя, но прозвучал он как будто издалека. Люди заговорили на безотлагательных тонах, которые было сложно расслышать из-за рёва в голове. На задворках разума стены вокруг моего Мори упали, и он завопил от боли. Я попыталась вновь возвести защитные стены, но моя сила не отзывалась.

Сквозь окружившую меня мглу боли прорвался новый голос. Это был тёплый и роскошный голос, но всё же властный.

— Позволь мне помочь ей, воин, если ты хочешь, чтобы она выжила.

Я напряглась, как только прохладная рука прикоснулась к моему лбу, и затем ахнула, когда пронзительная боль быстро иссякла. Рыдание вырвалось из меня, и прошла минута, прежде чем я открыла глаза и увидела улыбавшегося мне Эльдеорина.

— Здравствуй, маленькая Кузина. Говорил же тебе, что скоро снова увидимся.

— К-как ты нашёл меня?

Его улыбка потускнела.

— Твоя боль как маяк для любого фейри в радиусе пятидесяти миль отсюда. Меня не было в городе, иначе я бы появился раньше, — он рукой погладил мою щёку, и каждое прикосновение несло волну успокаивающей энергии по мне. — Теперь я о тебе позабочусь.

— Ты исцелил её? — спросил Роланд.

— Нет, я лишь облегчил её боль. Я заберу её в Волшебную Страну, где мы за ней присмотрим.

Николас шагнул вперёд, возвысившись над нами.

— Она останется со мной.

Эльдеорин ни съёжился и ни вздрогнул от гнева Николаса. Он продолжил поглаживать меня по лицу, словно ничего не случилось.

— Саре надо быть среди моего вида. Она переживает лианнан.

— Лианнан?

— Считайте это эквивалентом зрелости у фейри. Её силы переживают резкий всплеск усиления, и её тело не может урегулировать внезапные изменения. Если бы она была полноценной фейри и росла бы среди нашего вида, это происходило бы постепенно, с течением месяцев или даже лет, и она была бы лучше подготовлена, чтобы справиться с этим. Мы не были уверены, что она когда-либо войдёт в лианнан, поскольку она наполовину Мохири и живёт за переделами Волшебной Страны. Лишь близость к нашему роду или затянувшееся посещение Волшебной Страны должны были вызвать начало лианнан. Я не почувствовал этого в ней, когда мы встретились, и нашей непродолжительной встречи было недостаточно, чтобы вызвать это.

— Что насчёт Глаена? — спросила Джордан.

— А что вы знаете о Глаене?

— Сара выпила приличное количество на вечеринке демонов несколько ночей назад. Через день после этого она начала заболевать.

Роланд подошёл и встал рядом с Джордан.

— Не забудь ещё и о том, что она светилась, когда спала, и это было ещё до того, как она выпила Глаен. Вряд ли это нормально.

Эльдеорин задумчиво кивнул.

— Похоже, она уже в то время входила в лианнан. Потребление такого большого объёма нашего напитка за один раз могло стать катализатором для кого-то вроде неё.