— Хорошо, наставник! — все равно мне это не очень нравилось.

Время то тикает. У меня только семь дней, чтобы инициироваться, а туда еще день пути. Шесть, выходит. Негусто.

— Нужно просто прислушаться к себе. Для этого не нужна тишина, или наоборот, музыка. Нужно просто прислушаться. Ощутить движение той изначальной могущественной силы, которая пронизывает каждую частицу твоего тела. Она есть в каждом живом существе, только не каждому даётся в руки и позволяет управлять собой. Когда ты прикоснешься, ты должен сказать ей все, доказать, что достоин, дать понять свои намерения. В этой связке именно ты — главный, ты — управляешь. Откликнувшись единожды, эта сила больше никогда не подведёт, оставшись твоей верной помощницей, не слугой, но преданной подругой.

Блин, а пафоса-то сколько. Ладно, попробуем.

Я послушно закрыл глаза, постаравшись прислушаться, как советовал наставник, но трудно надеяться на какой-то результат, когда не представляешь, что нужно делать. Я могу почувствовать свои руки, привыкшие к рукоятям кинжалов, ноги, которые гудели после суматошного бега, ветерок, шевелящий складки моей одежды. А вот как можно прислушаться или прикоснуться к тому, что нематериально, да ещё и упорно скрывается, не проявляя никаких видимых следов присутствия? С таким успехом можно было сказать: «Прислушайся, как растут твои волосы», или «Потрогайте эту мелодию, не правда ли она прекрасна?». Или…

— Выбрось всё из головы!!! — вдруг громыхнул голос Наставника, заставив меня дёрнуться и открыть глаза.

Демоны! Он что — ещё и мысли мои читает? Дед, если ты менталист какой-нибудь, то ты должен знать, что мне нужно пятьсот золотых. Дай мне денег! Дай пятьсот золотых. Дай, дай, дай!

«Потранслировав» таким образом себе в мозг потаённые желания и убедившись, что, естественно, он меня не слышит, я прекратил страдать ерундой, снова попытавшись сосредоточиться и понять, о чём он мне талдычит уже четвёртый час.

— Как можно хотеть обуздать силу, думая о всякой ерунде? У тебя же на лице написано, что ты думаешь о чём угодно, только не о том, как войти в транс. Достался же ученичок, позор моим сединам, — продолжал он едким тоном. — Твой разум должен быть чист, как снег на пиках Гарконского хребта и остер, подобно клинкам в твоих руках. Нужно ощутить тонкую грань, то пограничное состояние, переход от обычного восприятия к изнанке реальности. Ты должен пройти по тонкому мостику между явью и туманностью, ровно посередине. И не дай боги тебе сойти с него в сторону Мглы. Тогда всё напрасно.

Я снова закрыл глаза и попытался отрешиться от всего. Не представляю, сколько прошло времени. Воздух вокруг меня как — будто уплотнился и загустел. Открыв глаза, удивленно посмотрел на клочья серого тумана, витающего вокруг. Попытка подняться ознаменовалась сразу несколькими событиями: меня подбросило в воздух, словно мои мышцы стали сильнее во много крат, а затем перед глазами побежали строчки:

«Изучена уникальная классовая способность “Ускорение”.

Вы способны двигаться быстрее в несколько раз. При использовании снимает все ограничивающие эффекты. Вы игнорируете препятствия на своём пути.

Расход: 30 единиц манны в секунду.

Откат 3 часа. До следующей ступени развития 0/ 100».

«Изучена уникальная классовая способность “Прокол Мглы”.

Вы можете переместиться через прокол во Мгле, игнорируя живые и неживые объекты и препятствия. Применение способности снимает все положительные и отрицательные наложенные эффекты.

Расход: 100 единиц маны на 3 м расстояния.

Откат 3 часа.

До следующей ступени развития 0/100».

Я растянулся на песке посреди тренировочной площадки, но совсем не там, где садился медитировать. Ошалело заморгав, невольно вернул зрению чёткость. Мглистые ошмётки пропали. Я никак не мог списать это на богатое воображение, поскольку, резко заболевшие мышцы, пятьдесят «хитпоинтов», которые я снёс себе сам, ударившись, и мое горизонтальное положение, сделать мне этого не дадут.

— Хм. А ты не совсем безнадёжен, — донесся флегматичный голос Мэтра, — Завтра с восходом солнца я жду тебя на этом месте.

С этими словами он развернулся и зашёл в дом. Хлопнувшая дверь объявила о заслуженном отдыхе, который был мной, буквально, выстрадан. Болело всё тело, будто меня весь вечер пинали и били палками. Как я себя буду чувствовать в реале, не хотел даже представлять.

В последнее время игра начала напоминать мне тренировки, поскольку вся мышечная боль переносилась в «реал», как и боль от ран.