У лотка с доспехами собралось несколько потенциальных покупателей: эльфы, в каждом движении которых — сила, ловкость и смелость, и полицаи не стали настаивать.

 — Ну, так и быть, подождем до полудня. Твои показания крайне важны в этом деле. Если убийство организовал Анк-Морхорке, тогда… — он жадно потер ладони и ничего больше не добавил.

Асиртог приступил расхваливать один из мечей покупателям. Силимэри обрабатывала информацию: «Анк-Морхорке? Похоже, что Асиртог уже разговаривал с ними и рассказал свою версию. Я должна с ним переговорить. Должна докопаться до истины».

Силимэри пошла к стенду с объявлениями размеренным шагом. Вскоре явилась и Луизия.

— Они уходят. Слава святым эльфам, — взмолилась она, глядя в спины полицаям.

Силимэри достала мешочек с золотом и дала Луизии три самородка, каждый размером в грецкий орех.

— Обменяй в банке, а я подожду тебя здесь.

Луизия покорно взяла золото и, не теряя времени, отправилась в банк. Силимэри все еще прятала лицо и решила скоротать время чтением афиш и объявлений.

«На постоянную работу консультант-продавцом портального магазина модных штучек требуется коммуникабельная эльфийка без вредных привычек. Оплата договорная. График гибкий. Обращаться в торговый дом «Бравур-ле-Роз», ателье или на мыло: Волоинс/собака/эльф/точка/иэ».

 — Волоинс, — повторила Силимэри с грустинкой, — опять твое имя появляется слишком часто, — подумала и на миг вспомнила вкус его поцелуев.

За спиной остановились чьи-то шаги, и Силимэри отошла на шаг вправо.

— Бедная, бедная Тэдиэн, — масленым голосом причитала эльфийка с рыжими волосами и веснушками на остром носу и пухлых щеках, — как мне ее жаль. Она ведь была еще такой молодой и жизнерадостной.

— Жизнерадостной? — порывисто переспросила другая — более опытная и зрелая, высокая и стройная, с ухоженными волосами и кошачьими глазами. — Может, до знакомства с Анк-Морхорке она и была такой, но он негативно влияет на все, к чему прикасается.

— Но на тебе же не повлиял? — дерзко ответила первая, и Силимэри не удержалась, чтобы не посмотреть в лицо еще одной из числа любовниц мужа.

Украдкой она смогла разглядеть ее волевой профиль и правильные черты, серьги с множеством самоцветов в золотой оправе и красивое платье.

— Чем меньше любишь эльфа, тем он покладистей. Только не любя можно вить веревки, а полюбишь — будут вить из тебя. — Поучала она рыжеволосую. — Тэдиэн постигла участь Элеоноры. Вот увидишь, ее убийцу никто не найдет.

— Но в газетах пишут, будто это Силимэри поквиталась с Тэдиэн, — скорее спрашивала юная эльфийка.

— Газеты?! Желтая пресса только для того и создана, чтобы писать сплетни о знаменитостях и эльфах из высшего света. Всему, что там пишут, верить нельзя. Хотя не исключено, что у Силимэри опять крыша поехала. Ой, читай: «На постоянную работу консультант-продавцом портального магазина модных штучек…»

Обе замолчали, потом оторвали листочек с «мылом» и ушли, продолжив разговор темой о драконе с голубой чешуей.

— Еще одна, — Силимэри стиснула зубы, и ноздри при вздохе со свистом расширялись, — порой я ненавижу всей эльфиек, потому что с любой из них мог спать мой муженек, и его ненавижу, потому что он похотливый самец.

Она перевела дыхание и, как по волшебству, успокоилась: Луизия с довольной улыбкой и без тени переживаний возвращалась со свертком внушительных размеров, крепко сжимая его обеими руками.

— Госпожа, мне дали тридцать две тысячи мелкой валютой, — негромко говорила Луизия, опасаясь привлечь внимание прохожих, — банкнот с крупным номиналом не оказалось. Я подумала, что коль мы торопимся, то нужно соглашаться.

— Ты все сделала верно, — одобрила Силимэри. — Нам все равно тратить их, а не под матрасом хранить. А теперь вот что, — она взяла пакет и вынула две пачки, — возьми эти деньги и подойди вон к тому лотку с доспехами, — она указала взглядом. — Отдай их продавцу и скажи, что это задаток, скажи, что некий господин ждет его за стенами храма и готов оплатить красный гроб взамен на информацию. Поняла?

Луизия округлила глаза.

— Что вы задумали, госпожа? Анк-Морхорке страшно разозлиться, если узнает, что вы ослушались его.

— Сделай так, как я сказала. Встретимся у входа в храм. Можешь зайти помолиться, пока я буду разговаривать с Асиртогом.

— Я все сделаю. Не беспокойтесь.

Луизия покорно пошла назад вдоль торгового ряда, а Силимэри, спрятав пакет с деньгами под старомодный выцветший плащ, наблюдала из-за стенда.

Асиртог продал мощный обсидиановый меч и предлагал покупателю купить щит зверобоя, сделанный из янтарного дерева с гравировкой герба древнего имперского клана охотников. Силимэри отлично разбиралась в охотничьем инвентаре и поняла, почему покупатель отказался: обсидиановый меч и щит зверобоя — это как бурная река и бумажный кораблик: нужно посерьезнее.