— Отвали нахуй! — прорычал Нил.

— Удачи, Нил.

Хэммик отпустил его и растворился в толпе. Лишившись опоры, Нил упал. Ног он по-прежнему не чувствовал. С большим трудом он поднялся на четвереньки, а потом какие-то люди помогли ему встать. Пользуясь моментом, он побрел прочь, но куда идти, не соображал. Танцующая масса закрывала обзор, вспышки света сбивали с толку.

Внезапно чья-то рука сильно толкнула его в спину, отчего Нил вылетел из толпы и врезался в стену, выкрашенную темной краской. На расстоянии вытянутой руки, прислонившись плечом к стене, стоял Эндрю Миньярд. Нилу хотелось вцепиться ему в глотку, но всех его сил хватало лишь на то, чтобы сохранять вертикальное положение. Пришлось довольствоваться полным ненависти взглядом.

— Какая неблагодарность, — вздохнул Эндрю. — Бухло было недешевое.

— Ненавижу тебя!

— Вставай в очередь. Вряд ли от этого я стану хуже спать.

— Когда ты уснешь, я убью тебя.

— Да ну? Сам справишься или наймешь кого? На приличного киллера денег у тебя точно хватит. Возникает вопрос, откуда у ничтожества вроде тебя такие бабки.

— На дороге нашел.

— Вон оно что, — протянул Эндрю. — Ты их поэтому не тратишь или тебе просто нравится выглядеть бомжом? Между прочим, мнения в команде разделились. Большинство уверены, что ты обычный голодранец типа Дэн, но Рене так не считает, и я тоже. Мы думаем, ты такой же, как мы. — Эндрю наклонился к Нилу и отчеканил по слогам: — Бе-гу-нок.

Будь Нил трезв, он бы лучше совладал с собой, услышав это слово, но «крекерная пыль» в крови и агрессивная музыка, отзывающаяся болезненной вибрацией во всем теле, ослабили его защиту, и он вздрогнул.

— Не лезь не в свое дело!

— Сегодня у нас вечер залезания в дела Нила Джостена, — спокойно отозвался Эндрю. — Врубился? Не дашь мне внятного объяснения, и я выкину тебя из команды.

— Это не твоя команда, и решать не тебе.

— Не вынуждай меня доказывать это на деле. А что, если я позвоню в полицию и попрошу хорошенько тебя проверить? Как думаешь, нароют они что-нибудь интересное?

— Пустая угроза. В полиции тебя и слушать не станут.

— Есть один коп, который очень даже станет, — пожал плечами Эндрю. — Вот возьму и сообщу ему прямо сейчас о трудном подростке, опасном для общества. Шестеренки быстро закрутятся. Уверен, что хорошо замел следы?

— Заткнись, — прошипел Нил. — Чего ты до меня доебался?

— Не нравится мне, как ты на него смотришь. «Воронов» переводят в наш округ, и в моей команде тут же появляешься ты. Ты — криворукий лох из Аризоны, который чем-то привлек внимание Кевина. Ты — фальшивка с головы до пят, с полной сумкой бабла, дрочащий на Кевина и Рико. Теперь понимаешь?

Нил, безусловно, понимал, но слова Эндрю не только шокировали его, но и вывели из себя.

— Издеваешься? Я не крыса!

— Докажи, — фыркнул Эндрю. — Даю тебе минуту. Только подумай хорошенько, стоит ли испытывать мое терпение. Я скоро вернусь.

Эндрю выпрямился и исчез в толпе. Нил проводил его взглядом, а затем поковылял вдоль стены, опираясь о нее рукой. Черт его знает, где тут выход; в первую очередь надо уйти с танцпола, а там, наверху, он куда-нибудь выползет. Инстинкт выживания подсказывал ему, что надо поскорее убраться из клуба, пока сознание окончательно его не покинуло.

Наконец между танцующими мелькнул просвет. Нил направился туда, но далеко не ушел: навстречу ему шагнул Ники. Хэммик взял его за плечи и пихнул обратно в толпу, не обращая внимания на яростное сопротивление. Второй поцелуй оказался на вкус еще гаже; у Нила онемел не только рот, но и все тело. Вечер разбился вдребезги, превратившись в осколки света и цвета.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Проснувшись, Нил не узнал ни постели, ни комнаты. Он нередко испытывал это ощущение дезориентации из-за постоянных переездов, поэтому в первый миг не встревожился. Тяжесть чьих-то рук, сжимавших его тело, он тоже смутно помнил из прошлого, и все же что-то было не так, и затуманенное сознание никак не могло понять, что именно. Нил заморгал от пульсирующей головной боли. Да что же с ним такое, почему он чувствует себя живым трупом?

Нил попытался пошевелиться, но у него резко скрутило спину, и он снова замер. В ответ на движение чужая рука обняла его крепче.

— Мам? — позвал он, и прозвучало это сдавленно и невнятно.

Однако лежавший рядом его все-таки услышал.

— Не совсем, — раздался слегка насмешливый ответ.

Нил определенно знал этот голос. В голове словно по щелчку всплыли события вчерашнего вечера: пляска лазерных лучей, музыка, толпа на танцполе и голос Эндрю над ухом. Нил дернулся, пытаясь вскочить, но из-за боли в спине опять скрючился на простынях. Ухватив Нила за волосы, Ники свесил его голову с кровати. Нил едва успел заметить стоявшее рядом мусорное ведро — и в следующую секунду его туда стошнило. Ники бормотал что-то ободряющее, но Нил его не слышал.

Отдышавшись, он перекатился на другой бок и толкнул Ники. Спихнуть его с кровати у измученного и ослабевшего Нила не получилось, но тяжелые ботинки, которые он так и не снял с вечера, наверняка могли оставить на руках и груди Ники знатные синяки.

— Эй, тихо ты, тихо! — воскликнул Хэммик, уворачиваясь от пинков. — Блин, больно же! Может, уймешься уже? Все нормально.

— Не смей, блядь, ко мне прикасаться, — в бешенстве прошипел Нил.

Ники отодвинулся и сел на краю кровати. Нил попытался встать, опираясь на изголовье и прикроватную тумбочку. Действие отняло у него столько сил, что, когда он наконец поднялся, ему пришлось какое-то время восстанавливать дыхание.