В тоне Рико сквозила озабоченность, однако Нил почти ощущал, как в груди Дэя проворачивается лезвие ножа. Каждой своей репликой Морияма старался ранить его сильнее и глубже, и у него это отлично получалось. Нилу слова не предоставляли, но его терпение иссякло: он больше не мог выносить эту жестокость.

— Мне казалось, друзья должны быть друг для друга опорой, — вклинился он прежде, чем телеведущая успела ответить. — Ты мог бы и поддержать Кевина — сейчас это меньшее, что ты можешь сделать после того, как отвернулся от него прошлой зимой.

Часть зрителей отреагировала на высказывание Нила недовольным гулом. В противовес этому Мэтт и Дэн поддержали его одобрительными возгласами.

— Ах, прошу прощения, — обратилась к Нилу Кэти. — Я о тебе не забыла, просто отвлеклась. Позвольте мне вас познакомить, хотя не сомневаюсь, вы оба прекрасно знаете, кто есть кто. Рико, это Нил. Нил, это Рико. Прошлое и настоящее Кевина Дэя. Или лучше сказать — прошлое и будущее?

Рико впервые удостоил Нила взглядом.

— Отвечу на твое обвинение: наша связь с Кевином уникальна, и тебе этого попросту не понять. Не пытайся свести ее к своим плоским представлениям о дружбе.

— Ваша связь была уникальна. Была , — подчеркнул Нил. — Она оборвалась, как только Кевин выпал из обоймы.

— Кевин добровольно решил покинуть университет Эдгара Аллана, — сухо возразил Рико. — Мы тяжело переживали его уход, но искренне порадовались, узнав, что он устроился на должность тренера.

— Только вот вы совсем не рады, что он снова взял в руки клюшку, — продолжал Нил. — Не из-за этого ли «Вороны» перевелись в наш округ? Вы посчитали, что Кевину Дэю больше не место на поле, и решили убрать его в ходе игр. Вы пытаетесь не допустить его возвращения, хотите, чтобы он стоял и смотрел, как ваша команда поднимается на пьедестал. Ты просто тычешь его носом во все, что он потерял, и, насколько я могу судить, получаешь от этого нехилое удовольствие.

— Прошу первый и последний раз: сбавь обороты, — сквозь зубы процедил Рико.

— Не могу, — огрызнулся Нил, — у меня с этим небольшие проблемы.

— Небольшие? — Морияма холодно усмехнулся.

Кэти поспешила вмешаться, пока дело не приняло дурной оборот.

— Кстати, Нил затронул важный вопрос, который я хотела бы обсудить. Смена округа — это беспрецедентный случай. А смена округа командой университета Эдгара Аллана — неожиданность вдвойне. Ни твой тренер, Рико, ни Комитет по регламенту экси так и не предоставили вразумительных объяснений, но, думаю, Нил не очень далек от истины, полагая, что переход «Воронов» связан с Кевином.

— Кевин сыграл в этом далеко не главную роль, — сказал Рико. — И уж конечно, мотивы, которые нами двигали, отнюдь не те, что вообразил себе этот мальчишка. Решение далось нам очень непросто, а потом на нас еще и обрушилось море критики. В северном округе утверждают, будто мы перевелись ради сохранения первенства — можно подумать, кто-то способен нас подвинуть, — а на юге недовольны, что им придется играть против такого сильного соперника, как мы. В конце концов, «Вороны» — лучшая команда страны, а команды юго-восточного округа… мягко говоря, не соответствуют нашему уровню. Если начистоту, они просто ужасны. Надеемся, с нашим переходом ситуация изменится. Мы пришли, чтобы вдохновить юг.

— То есть вы намерены сделать для команд юга то же, что делает для «Лисов» Кевин Дэй? — подытожила Кэти.

— Да, и все же Кевин сильно упростит нам задачу, если перейдет на нашу сторону, — ответил Рико.

— В каком смысле?

— Кевин больше не может и не будет играть за «Воронов». Он это знает; именно поэтому он не вернулся к нам весной. Однако при всей нашей любви к нему мы не можем закрывать глаза на то, как слабо он смотрится на поле, а он слишком уважает «Воронов», чтобы своей игрой тянуть команду вниз. Тем не менее это не означает, что «Замок Эвермор» перестал быть для него домом. Его работа с «Лисами» в весеннем сезоне только подтвердила, что ему найдется место среди «Воронов». Мы были бы счастливы снова видеть его в своих рядах в качестве одного из тренеров.

— Да-а, выбор действительно непростой, — обратилась к Дэю Кэти. — Оба варианта потрясающие. И все же признаюсь, Кевин: как ни приятно наблюдать за подъемом «Лисов», мне больно сознавать, что ты — больше не часть команды Эдгара Аллана.

— Ты же не хочешь, чтобы он на самом деле вернулся, а? — бросил Морияме Нил. — Я в это не верю.

— Тебя это и не касается, — ледяным тоном произнес Рико.

— Прекрати вести себя как эгоист, — фыркнул Нил, и у Кэти от изумления расширились глаза. Кевин предостерегающе ущипнул его за руку, однако Нил только отмахнулся. — Кевин всегда мечтал стать лучшим на поле, так по какому праву ты лишаешь его этой мечты? С какой стати заставляешь довольствоваться меньшим? «Лисы» дают ему возможность играть, а «Вороны» хотят отодвинуть его на задний план. Ему нет смысла возвращаться.

— В Пальметто он просто зарывает свой талант в землю, — пожал плечами Рико.

— Не больше, чем зарывал в команде Эдгара Аллана, — парировал Нил. В зале послышались смешки — бойкий на язык гость Кэти Фердинанд неплохо развлекал публику. — Твоя команда на первом месте в рейтинге? Поздравляю! Только удержаться наверху гораздо проще, чем заново начинать все с нуля, а Кевин именно этим сейчас и занят. Он попал в совершенно другую команду, он учится играть другой рукой, и когда восстановит свое мастерство — а он это сделает! — то будет играть гораздо лучше, чем играл у вас. А знаешь почему? — спросил Нил, но не стал дожидаться ответа. — Потому что дело не только в его врожденных способностях, а еще и в том, что он — один из нас. В этом сезоне у «Лисов» всего десять игроков, лишь по одному запасному на каждого. Задумайся об этом. Вчера мы играли против брекенриджских «Шакалов». У них в составе двадцать семь человек. Они могут размениваться игроками почем зря — в очереди на скамейке ведь целая толпа. «Лисы» не могут позволить себе такой роскоши. Мы обязаны защищать свои позиции до самого конца.