Скрестив руки на груди, она упрямо вздернула подбородок.

— Как и тебя. Этот человек причинил мне боль. Он смеялся, делая это, — Солус начал выпроваживать других киборгов из комнаты. — Я хочу слышать его крики, пока буду ломать ему обе руки. Хочу видеть, как угасает жизнь в его глазах. Его смерть принадлежит мне.

Плотно сжатые губы выдавали его гнев.

— Мы обсудим это позже.

— Здесь нечего обсуждать. Ты можешь убить всех остальных людей, которые будут с ним. Сколько угодно, но капитан принадлежит мне, — с последними словами Фиона разделась и легла на стол, не обращая внимания на сердитый взгляд Солуса.

— Солус отойди, чтобы я мог ее просканировать.

— Лучше сосредоточься только на этой задаче, если хочешь продолжать нормально жить, — загадочно проворчал Солус Эйнштейну.

Пока Солус стоял у медицинской кровати, другой киборг сканировал ее тело портативным устройством.

После всего, что произошло за последний час, Фиона не могла перестать смотреть на Солуса и сосредоточиться на насущной проблеме. Не могла отвести от него пылающий взгляд, удивлялась тому, как напряглось его тело, когда Эйнштейн случайно коснулся ее руки. Обещание Солуса доставить ей удовольствие казалось сном, фантазией, которая никогда не сбудется. Неужели он действительно станет ее любовником? Или снова отступит, обнаружив маячок в ее плоти, чтобы составить план мести? Возможно ли, что она опять упустит возможность испытать экстаз в его объятиях?

Закончив сканирование, Эйнштейн отошел, чтобы что-то набрать на консоли. В этот момент Солус бросил взгляд на место между ее ног, доказывая, что не потерял интереса. Фиона покраснела от возбуждения и выступившей влаги.

Фиона не понимала, почему реагировала на него даже без прикосновений. Это заставляло ее с нетерпением ждать обещанного «позже».

— Мне нужно, чтобы ты перевернулась, — попросил Эйнштейн, прерывая зрительный контакт Фионы и Солуса.

Она перевернулась на живот, а Солус встал у ее головы, пригнувшись, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Наклонившись вперед, он очень тихо прошептал:

— Скоро.

Значит, скоро она получит свой оргазм.

Потребовалось всего несколько секунд, чтобы обнаружить маячок в нижней части ее спины. Эйнштейн обезболил область, на которой будет производиться операция, несмотря на заверения Фионы, что она справится с болью, а затем удалил передатчик, пока Солус гладил девушку по щеке, удерживая ее взгляд.

— Готово, — объявил Эйнштейн.

— Одевайся, — прорычал Солус.

Фиона быстро оделась, пока Солус прикрывал ее. Закончив, она стала наблюдать, как Эйнштейн брызгает жидкостью на крошечный предмет. Смыв с маячка кровь, он протянул Фионе устройство, положил его на ее ладонь. Она в замешательстве склонила голову. Фиона смотрела на маленький предмет, темное пятнышко на ладони, но ни одно из ее других чувств не ощущало его.

— Я вижу устройство, и все же, как будто его здесь нет.

— Мы не понимаем, как это возможно. Это второе подобное устройство, которое мы нашли. Мы можем обнаружить их только с помощью зрения или из-за исходящего сигнала. Немного тревожно, если не сказать больше. Я работаю над этой дилеммой в свободное время.

— Уверен, это интересно, но у тебя есть незаконченная работа, — перебил Солус, забирая маячок из руки Фионы и кладя его в лоток для образцов. Фиона едва успела попрощаться с ученым, как Солус, снова взяв ее за руку, зашагал по коридору, увлекая ее за собой.

— Куда мы так спешим? — спросила она.

— Нам тоже нужно кое-что закончить, — коротко ответил он.

Она уперлась ногами в пол, что было не очень эффективно, учитывая надетые на ней носки.

— Если речь идет о твоих попытках помешать мне отомстить, то забудь об этом.

Солус развернулся и прижал ее к стене быстрее, чем она успела моргнуть.

— Нет, это не имеет к этому никакого отношения. Мы будем спорить о твоем участии, вероятно, вплоть до самой операции. Мне необходимо закончить вот это, — он наклонил голову, целуя ее, в этот момент возбуждение Фионы с ревом вернулось.

***

Солус хотел затащить ее в свою комнату, прежде чем поддастся нахлынувшему желанию. Хотел дать им немного уединения, чтобы избежать повторение ситуации в комнате отдыха, где он чуть не взял ее на столе на виду у всех, кто мог войти.

Но разве можно было винить его за отсутствие контроля, ведь ему пришлось столько страдать, пока Фиона лежала обнаженной на столе Эйнштейна, а ее соблазнительное тело взывало к голодному мужчине, словно великолепный пир? Требовалось нечто большее, чем железный контроль, чтобы держать руки — и рот — при себе во время сканирования на предмет маячка. Но когда Фиона остановилась, не дойдя до комнаты, этот контроль сломался… и Солусу, если честно, было все равно. Обезумев от страсти и желания, с которыми он боролся в течение двух дней, Солус завладел ее ртом. Он целовал ее с голодом, который имел самое непосредственное отношение к тому, что она заставляла его чувствовать. Как Фиона вернула его к жизни.

Он прижал ее к стене, но девушка не отступила. На самом деле, Фиона приветствовала его яростное желание, открывая рот перед его натиском и в ответ скользя языком, посасывая его так, что Солус застонал. Он ответил ей тем же, и девушка застонала, что еще больше возбудило киборга.

Он не мог насытиться Фионой, но пытался, целуя ее с такой жаждой, которой никогда не ожидал и не знал. Ответственный киборг отступил бы, стараясь не пугать девушку. На мгновение Солуса посетила мысль, что стоит замедлиться, поэтому он расслабился, но Фиона не хотела ничего из этого. Она прижалась к нему всем телом и стала постанывать, требуя продолжения.