– Всё будет. И совсем скоро, - подвожу я пунктирную, но черту под мнениями обеих девушек.
– А ты. Бьянка, на досуге посмотри новые рисунки да Винчи. Там он такое наворотил, что даже меня удивить смог, а это, сама знаешь, непросто сделать.

И никаких шуток. Гений, он гений и есть, правда порой чересчур уж «сумрачный». Меня реально аж перекорёжило от вида «боевой самодвижущейся машины» на огромных колёсах, которую. По замыслу маэстро, должны были двигать несколько паровых машин… а внушать страх врагам она должна была при помощи множества острых штырей и лезвий. И да, орудие тоже было, одно. Огромное… просто царь-пушка, мать её, воткнутая по центру. Нет, такой футбол… то есть псевдотанк на пе***чем пару нам точно не требуется. Разве что с целью посмеяться. Вот пусть девочки и посмотрят на плод сюрреализма, порождённый действительно гениальным, но на сей раз забредшим совсем не туда творцом. Сперва может и испугаются, впечатлятся, но после моих желчных комментариев разве что посмеются. Оно тоже дело полезное.

Меня же беспокоило иное…

– Чертовы французы!

– А?

– Ты о чём, Чезаре?

– Так, о внезапно наболевшем, - хмыкнул я. – Про наших галльских друзей внезапно вспомнил. Про то, что они вроде как должны были накинуться на мамлюков, а пока не видно их и не слышно. Наверняка решили выждать, а потом либо к нам вынужденно присоединиться в походе на Иерусалим, либо… начать свою игру. Вот только какую? Не люблю неясностей, вы же это знаете. А непонятно себя ведут не только французы, но и мамлюки. Они же откатываются и из дельты Нила, и от османов, что их хоть и преследуют, но отвлекаются на занятие оставленных городов и грабёж всего и вся. Проблема в том, что Аль-Ашраф Кансух аль-Гаури должен понимать тяжесть своего положения!

– Надеется на союзников? – призадумалась Бьянка, но тут же сама себе и ответила – У султаната их почти нет. Сильных и надёжных.

– Отступает он не внезапно. Мы же с тобой читали донесения Эспинозы. Подкупленные нами в Каире заметили, что оттуда вывозят… уже вывезли всё ценное. Поговаривают, что сам султан, его наследник, визирь, гарем, придворные… да почти все собрались ближе к Мекке. Они отвели из столицы настоящие войска, её защищают только ополченцы и некоторые наёмники. Да, это странно, Чезаре прав.

– Готовят нам какой-то очень неожиданный и неприятный подарок, - резюмировал я сказанное сестрой.
– Готовы потерять земли, но сохранить лучшую часть войска. Причём уходят туда, куда что мы, что наши союзники если и двинемся, то далеко не сразу. Для нас важнее Нил и выход к Красному морю. Для остальных, понятное дело, Иерусалим. Интересно это всё! И немного тревожно. Я сейчас не шучу, именно тревожно.

Пояснение может и не требовалось, но я всё равно заострил внимание спутниц на испытываемой мной лёгкой, но тревоге. Они девушки умные, да и не просто так стараюсь натаскивать их на самые сложные ситуации. Одна и вовсе успела стать аж целой королевой!

– Тибр плохо влияет на тех, кто смотрит в его мутные воды, - внезапно пробило на философию Бьянку. Ан нет, судя по следующим словам, я не совсем прав. Философия была лишь преамбулой. – У Людовика XII и его посаженного на цепь Авиньонского Папы не осталось опасных для нас ходов в этой проигранной ими партии. Они могут только сдаться как действиями, так и бездействием. Союз с Баязидом… теперь они на это не пойдут, а всё, что тот может сказать, объявят клеветой. Обманут не всех, но им хватит. Присоединятся к походу на Иерусалим? Признают твоё, Чезаре, главенство. Как короля или Великого Магистра тамплиеров – это уже неважно. Просто затаятся - получат насмешки и презрение. Затихшие в норе трусы, не осмелившиеся понять меч против врагов всех христианских стран, когда иные государи не щадят золота и крови для возвращения Иерусалима. Да пусть они устроят свой отдельный «крестовый поход», это всё равно…

– Бьянка! – аж взвизгнула Лукреция от избытка эмоций. – Ты поняла, что сейчас сказала? Людовик XII Валуа действительно может решиться на такое. Свой собственный «поход во имя веры», но не на Иерусалим. Он и о нём задумался только чтобы усилить зависимый от него Авиньон и тамошнее папство. И… У Франции довольно сильный флот. Не сравнить с нашим, но хороший. А у мусульманских владык его, нашими же стараниями, почти нет. И это значит…

– Фес, может государства Хафсидов или Заянидов. Любая из трёх целей, тут от многого будет зависеть, - задумчиво протянул я. – Умницы вы у меня, обе. Воистину истина рождается в спорах, разговорах, да где угодно, только чтобы у «родителя» с разумом всё обстояло подобающим образом. А если эта мысль окажется верной, то…

– То вреда всё равно нет, - припечатала сестрёнка.
– Все три цели вместе взятые не сравнятся с единственным Иерусалимом. Франция будет отрезанным куском. И их Авиньон с местным Святым Престолом тоже.

– Изоляция, - мне только и оставалось, что согласиться. – Тоже хороший исход. Запечатать их со всех сторон, оградить от возможности искать союзников вовне, а потом уже наносить удары изнутри, благо авиньонцы постоянно предоставляют нам очень удобные возможности. И очень хороший инструмент у нас теперь имеется. Тот самый, который будет расти, матереть, становиться всё более опасным.

– Храм Бездны…

– Под покровительством главы Ордена Храма. Хи-хикс.

Забавно девушкам. Это хорошо. Они обе не видят во взращиваемом культе ничего выламывающегося за пределы их мировоззрения. Совсем замечательно. Вместе с тем не до конца понимают, что именно может из этой затеи вырасти. Ничего, со временем поймут. Поняв же… к тому времени изменятся ещё сильнее, после чего опять-таки станут воспринимать это как вполне приемлемый путь духовного развития для определённой и отнюдь не худшей части наших вассалов. Поживём – посмотрим. Но я по любому надеюсь на то, что удастся большая часть задуманного.