Обернувшись, Ник увидел, что монстр, как ни в чём не бывало, поднимается на ноги. Немедленно выстреливший из пистолета Алекс, тоже попал, но этим только задержал его атаку, через пару секунд эта тварь разорвёт на части всех.

Тут отличились лошади. В течение всей схватки они бесновались, ржали и тряслись от страха, будучи не в силах повлиять на происходившие события. Попытки оторваться от перил крыльца дома, служивших коновязью, успеха не имели. И только новый невиданный доселе монстр напугал их настолько сильно, что лошадь Ника, бывшая раньше лошадью Карлоса, умудрилась неимоверным усилием оторвать массивный деревянный брус. Обратившись в бегство, животное немедленно попало в треугольник между монстром, Владом и не до конца догоревшим костром. В отчаянии, кобыла громко заржала, встала на дыбы и замолотила копытами по воздуху. Естественно, что при этом монстр, стоявший на задних лапах, оказался куда более уязвим, нежели лежавший на земле Влад, который, к тому же, успел откатиться в сторону.

Не стоит подробно описывать, что происходит с тем, кто получает с размаху по морде от существа весом более полутоны. Да ещё кастетом, в роли которого выступила подкова. Волчья морда со страшным треском смялась в гармошку, став похожей на окровавленный пятачок, во все стороны брызнула кровь, рык его сразу превратился в жалобное хлюпанье, а кобыла рванула вперёд, сбивая его с ног, и, перепрыгнув через костёр, умчалась прочь.

А трое ходоков уже рубили мерзкую тварь на части. Сабля в пять ударов отделила косматую голову от туловища, а Ник тут же постарался отпинать её подальше, чтобы, чего доброго, не приросла обратно. Никаких образцов для Вольфа они не возьмут, хватит и словесного описания, отрубленные конечности тут же бросили в костёр, навалив сверху весь оставшийся запас дров.

За временем они не следили, но оказалось, что бой занял всю ночь, в тусклом свете восходящего солнца они увидели, как немногие оставшиеся в живых волки, поджав хвосты, быстро ретируются в лес. Это была не стая, в обычном понимании, ни волчиц, ни молодняка. Этот оборотень просто собрал волков поматёрее и повёл за собой.

Воевать было больше не с кем, Ник, тем не менее, судорожно перезаряжал револьвер. Алекс успокаивал лошадей, а Влад просто лежал на спине, осматривая себя на предмет повреждений. На плече у него остались раны от четырёх когтей, похожие на ножевые порезы, хорошая куртка была испорчена.

Алекс быстро прошёлся с кинжалом по окрестностям и отрубил мёртвым волкам хвосты. Правильно, бургомистр платит за них по кроне, деньги уж точно лишними не будут. Окончательно настроение улучшилось, когда вернулась сбежавшая лошадь. Ушла она, как выяснилось, недалеко, поэтому, всё ещё ощущая волчий запах, предпочла вернуться к людям. Очень сообразительное животное. Алекс поймал поводья и погладил кобылу по морде. Внезапно, взгляд ходока остановился на лежавшей неподалёку голове убитого монстра.

— Ник, смотри, что здесь.

На волчьем ухе красовалась небольшая пластиковая клипса, явно маячок для определения местонахождения.

— Выбрось подальше, — посоветовал Ник, и товарищ его не стал возражать. Взмахом кинжала он отрубил ухо и вместе с маячком бросил его в костёр.

Навьючив лошадей, они двинулись в путь, перекусывая остатками мяса кабана, которое жарили прошлой ночью. Нужно было шагать быстрее, чтобы прийти в Люшен хотя бы до темноты, кто знает, что ещё может приключиться, но люди и лошади были сильно измотаны. Последние, ко всему прочему, ещё и не ели со вчерашнего дня, поскольку запас овса окончательно истощился.

Потянулись обжитые места, им стали попадаться путники, крестьяне везли на телегах товары, дрова, сено. Трудно было поверить, что всего в паре десятков километров отсюда три человека всю ночь отбивались от волчьей стаи, которой командовал адский монстр. Навстречу им выехала телега, на которой сидели знакомые Влада, улыбнувшись, он вежливо их поприветствовал, но ответной реакции не дождался, толстый пожилой мужик просто сделал вид, что его не знает, а сидевший рядом молодой парень буркнул что-то в ответ и поспешил отвернуться.

— Привыкай, — с улыбкой прокомментировал Алекс, — теперь ты — один из нас, а значит, дьявольское отродье, которое шляется по богом проклятым местам.

— Я уже понял, — грустно ответил Влад.

Та же ситуация повторилась в самом городе, куда они пришли уже в сумерках. Окружающие старались поскорее отойти от проклятых ходоков, совершенно не замечая Влада. Странно, но единственным человеком, который снизошёл до приветствия, был священник местной церкви, направлявшийся куда-то по своим делам. Собственно, церковь никогда напрямую не осуждала рейдерство и не называла людей, ходивших в Пустоши, грешниками, проклятыми и сатанинским отродьем. Вообще, местные священники, в массе своей, оказались людьми грамотными и культурными. Есть вера, а есть суеверия, в людской массе, увы, господствует второе.

Когда они, наконец, добрались до заведения Юзефа, то первым делом отослали измученных лошадей в конюшню, где их теперь, наконец-то, покормят. Дом ходока был открыт и, как всегда не страдал от наплыва посетителей. В углу большого зала сидела небольшая группа мастеровых, которые пили пиво и что-то шумно обсуждали. Ник ещё подумал, что, наверное, сегодня выходной, уж точно не станут эти люди в рабочий день пьянствовать. Сам Юзеф занимал своё привычное место за стойкой.

Трое ходоков подошли к стойке, Юзеф приветливо вскинул брови, но поздороваться не успел.