Дальнейшее продвижение привело их в лабиринт непонятных построек, которые раньше никто из них не посещал. Тут можно было блуждать очень долго, вот только к цели поисков это их не приближало. Совсем. Зато дальше начинался обширный участок голой бесплодной почвы, на котором, по идее, должно быть видно следы. Их и было видно, только много и не обязательно человеческих. Вот след от больших сапог, наверное, кто-то из ходоков оставил, вот тоже чей-то след, только обувь бесформенная, вроде лаптей или обмоток, а тут вообще кто-то босой пробежал, кажется, даже ребёнок, очень уж ноги маленькие.

Ходоки медленно поехали вперёд, рыская глазами по окрестностям. Все крепко сжимали винтовки в руках. Ник ещё подумал, что надо было взять карабин Карлоса, новое оружие он не пристреливал, неизвестно, как пойдёт. Да и патроны к револьверу не перезарядил, хотя порох, пули и капсюли у него имелись. Теперь придётся обойтись только теми, что в барабане.

Внезапно послышался какой-то шум. Не треск веток, не обвал износившихся стен, а что-то, вроде тихого топота множества ног в мягкой обуви. А через мгновение показались люди. Много. Это были местные дикари, одетые в одежду из шкур. Каждый держал в руках небольшой лук в который была вложена стрела. Ходоки моментально ощетинились винтовками, но стрелять не стали, врагов было больше трёх десятков, у них элементарно не хватит патронов, перезарядиться не успеют.

Патовая ситуация затянулась. Дикари держали их под прицелом, но в атаку пока не бросались, да и вообще, агрессивными не выглядели. Видно было, что они знают, что именно держат в руках ходоки, и чем эти штуки для них опасны. Раньше конфликтов с ними у ходоков не было, может быть, сейчас тоже смогут разойтись без драки.

Ситуацию решило появление нового человека. Выглядел он так же, как и все остальные. Та же одежда из шкур, пышная косматая борода и спутанные, неровно остриженные волосы. Вот только он сразу заговорил на понятном языке:

— Опустите оружие, — предложил он, демонстрируя пустые ладони, — и они тоже опустят. Мы не враги друг другу, никогда ими не были, и не нужно теперь становиться врагами.

Подумав пару секунд, все четверо опустили стволы штуцеров. Неизвестный, бывший, видимо, вождём племени, что-то сказал на непонятном языке, и окружавшие их дикари опустили луки. Часть из них даже предпочла уйти.

— Вот так, — по-прежнему спокойно сказал он, — теперь мы можем поговорить, как разумные люди. Я догадываюсь, зачем вы пришли сюда, но скажу сразу, девушку мы не выдадим. Давить на нас бесполезно, оружие вам не поможет, племя просто уйдёт с этих мест, и вы уже просто никого не найдёте.

Влад открыл рот, но Ник его опередил:

— Но зачем она вам?

— Что значит зачем? — спросил "вождь", — она сама обратилась к нам за защитой, мы её приняли, как принимаем всех, кто убежал с населённых земель. Теперь она живёт с нами, беглецов мы не выдаём.

— С Дона выдачи нет, — пробурчал Ник по-русски, а вслух сказал, — с нами её жених, она сбежала потому, что их разлучили, спросите, может, она захочет вернуться к нему, родители дали добро на свадьбу.

— Скажите ей, что я здесь, — жалобным голосом проговорил Влад, — я её жених.

Мужчина вздохнул, некоторое время раздумывал, после чего повернулся и махнул рукой.

— Следуйте за нами.

Всё немногочисленное племя быстро построилось в колонну по два и зашагало по узкому проходу, который шёл под уклон. Постепенно они добрались до берега небольшого озера, с другой стороны которого был высокий яр, а у нижней его кромки находился вход в пещеру. Вся группа обогнула озеро, кое-где пришлось идти по воде, но дикарей это не смущало, а ходоки не спешивались.

Сойти с коней им пришлось только на входе. Овальное отверстие в каменной стене не было предназначено для прохода лошадей. Туда и человек мог войти только нагнувшись. Транспорт пришлось оставить снаружи, оружие, правда, прихватили с собой, хозяева не возражали.

Внутри пещера оказалась вовсе и не пещерой, это был комплекс помещений, расположенных в три яруса, с единым коридором и несколькими лестницами. Материалом послужили кирпичи от развалившихся построек и отёсанные брёвна. Вождь провёл их в самое удалённое помещение, там находился стол и несколько толстых чурбаков, служивших стульями.

— Присаживайтесь, — предложил он, указывая на сидения, — девушка, за которой вы приехали, сейчас спит, она обессилела от долгой дороги, попала в наши руки еле живой и всё просила спасти её от погони.

— А когда проснётся? — спросил Ник, ситуация ему не нравилась. Собеседник отчего-то доверия не вызывал.

— Часа через три, — предположил Вождь, — не могу сказать точно. Она несколько раз просыпалась, чтобы выпить воды и засыпала снова. У нас есть время, чтобы переговорить.

— О чём? — заинтересованно спросил Румын.

— Думаю, что нам с вами можно было бы сотрудничать. Есть у нас некоторые точки соприкосновения.

— Как вас зовут? — подозрительно спросил Ник. Чем-то этот человек отличался от прочих местных. И уж точно не был дикарём.