Шрифт:
– Да? – прищурился я, оглядывая картину «невинная дева на мягком ложе». – Ну… может, и так. Но не этого ли ты добивалась?
– Пф, - отвернулась мелкая.
– Ну, тогда я пойду, - пожимаю плечами.
– Эй! Что значит «пойду»?! А я?! – тут же возмутилась лерадэ.
– В душ пойду, - невольно улыбнулся, глядя на её возмущенную моську. – И тебе советую, кстати. Все же «чистая и непорочная» намного лучше, чем «потная, пыльная и непорочная», не находишь?
– Ах… Ты… - Хару буквально задохнулась от возмущения, но через секунду уже оказалась на ногах, подхватывая из шкафа чистое гостиничное полотенце и халат.
– Я первая!
– Да пожалуйста, - посторонился, пропуская её к ванной. А когда та скрылась за дверью, сам достал из того же шкафа второй комплект, состоящий из полотенца и халата. – Первая так первая. Я разве против?
И направился следом за Хару.
Пора кое-кому расплатиться за многочисленные подставы и несдержанность…
Глава 36. Разговор в ванной.
Ванная комната представляла собой относительно просторное помещение с отделкой из кафеля и камня, душевой кабинкой, раковиной, здоровенным зеркалом и, собственно, ванной. В углу стоял пластиковый шкафчик с кучей гелей-шампуней, ароматическими и обычными свечами и еще какими-то приблудами, да корзина для грязного белья, которое потом, как я понял, должна забрать в стирку обслуга.
Хару обнаружилась у корзины. Стоя в одних трусиках, она неспешно расплетала косу. Стройная, гармоничная фигурка с нежной бледной кожей. И хоть росту в ней было от силы мне до плеч, а грудь не могла похвастаться чем-то большим, чем первым номером, зато элегантная талия и округлая сочная попка сразу говорили о зрелой женщине – у ребенка, с которым лерадэ можно было перепутать из-за роста, прически и детской мордашки, таких просто не бывает. Да и черные кружевные стринги как бы намекают.
– Сагара! – пискнула девушка, тут же прикрыв грудь. – Т-т-т-тыыы… ВЫЙДИ!
– Отставить, - широко усмехнулся я. – Так, Канами, принимай приказ. С этого момента и до самого рассвета или отдельного распоряжения, без прямой угрозы моей или твоей жизни, все возможности твоего тела приравниваются к… - окинул её оценивающим взглядом, - …к возможностям пятнадцатилетней среднестатистической девочки. Выполнять.
– Есть, выполнять!
– невольно вытянулась она по струнке, хотя зеленые глазищи так и сверкали гневом и возмущением.
– Отлично, - с усмешкой делаю шаг вплотную к «жертве», аккуратно приобнимая за талию. – А сейчас кое-кто заплатит за все свои косяки…
– Чт… Мммммм! – попытку возмущения я на корню заглушил поцелуем. Которому она, кстати, сопротивлялась только первые пару секунд, после чего расслабилась и даже неуверенно начала отвечать.
– Вооот, уже лучше, - улыбнулся, отрываясь от её губ. – А то пищишь, возмущаешься, а потом еще и жалуешься, что от тебя все шарахаются и не ходят на свидания…
– Гррр… - начавшее было появляться в её глазах желание было мгновенно сметено волной возмущения, а следом и смущения. – Ч-ч-ч-что ты делаешь?!
– Раздеваюсь, - невозмутимо ответил ей, быстро стягивая верхнюю одежду, а потом и трусы. – Так, а теперь твои…
– А? – это все, что смогла выдать Хару, круглыми глазами уставившись на мой стоящий орган. – А?
– Бэ, - фыркнул, рывком стягивая с нее трусики. – Хм… лысая или бритая?
– Д-д-д-д-д… - кажется, её перемкнуло от смущения и возмущения.
– Молчать! Смирно! – мелкая тут же вытянулась по струнке. – Кругом! В ванну марш!
– А?
– Без обсуждений! – поторопил её, для ускорения шлепнув по мягкой заднице.
Уже через несколько секунд мы сидели в ванной. Я – спокойно откинувшись на стенку и вытянув ноги, а Хару, вопреки её возмущению, была в приказном порядке устроена у меня между ног, прижата спинкой к груди и нагло облапана, пока вода постепенно заполняла емкость.
– Эта… штука… упирается мне в попу, - тихо пробурчала девушка.
– Вот только не нужно тут скромницу изображать, - хмыкнул я. – Кто в поместье Читосе вломился к нам в одних труселях в самом разгаре процесса с воплями «а как же я»?
– Ну… это одно… а тут другое… - опустила она голову и тут же закрыла лицо ладошками. – Это… смущает. Да и ты тоже сильно изменился.
– Не изменишься тут, - вздохнул, поймав пальцами один из её сосков и слегка выкрутив, выдавив из Хару тихий то ли писк, то ли стон. – Особенно когда несколько дней подряд только и делаешь, что воюешь в городских условиях против людей и киборгов. Когда пули и плазма постоянно мелькают перед носом и дырявят тебе тушку, как-то быстро пересматриваешь жизненные ориентиры.