— Трудно меняться. Надо всё обдумать, надо все взвесить. Возвращаемся, — хмуро сказал Хан.

Я был согласен с решением Хана, поэтому просто кивнул в знак согласия. Мы осторожно отползли назад, покидая навес над просторной пещерой, где обитало многочисленное семейство личхов и двинулись в обратный путь.

— А вот и наши искатели вернулись! — весело воскликнула Кара, одна из спасенных девушек. — У нас уже ужин готов, быстро приводите себя в порядок и приходите в арсенал, — осмотрев нас, скомандовала Кара.

Бункер вместил всех моих гостей, но после первого ужина, общим решением было установлено, что кухня переезжает в арсенал. Слишком тесно и неудобно было в жилой комнате. После душа, в приподнятом настроении мы уселись за стол, ломящийся от различных блюд. Лисицы постарались на славу. Недостатка в разнообразных продуктах не было, и девушки развили бурную деятельность по откармливанию своих спасителей.

После ужина, все, как обычно занялись своими делами. Лисицы увлеченно делали инвентаризацию всех предметов в моем бункере, рассматривая и живо обсуждая практический каждый из них. Норн, разобрал по деталям всё оружие и багги и постоянно копался то с ним, то с машиной. Во время таких занятий по его лицу всегда блуждала довольная улыбка. Ким нашла пару книг и увлеченно читала, отрываясь только на патрулирование подземелий, туалет и еду. Мы же с Ханом чаще других пропадали в подземельях, поэтому дома предпочитали просто отдыхать, валяясь на кроватях и обсуждая наши планы.

— Когда выходим к красным горам? — Хан зевнул и почесал свой мускулистый живот.

Я покосился на расслабленного оборотня, обдумывая ответ. Я сомневался, в том, что мне нужны попутчики, но, как сказать об этом ребятам пока ещё не придумал. Я не мог просто отказать им. Сначала, когда у меня появились попутчики, я был несказанно рад и тому, что моя боевая мощь повысилась и тому, что мне не придётся блуждать по всем пустошам в поисках пещеры демонов. Но после того, как Хан нарисовал мне карту, типа для идиотов, что даже я не заблужусь, я решил, что подвергать опасности своих новых друзей не имею никакого желания. У Хана сейчас есть свои очень важные дела. Он отказался от идеи покинуть данный мир. Благодаря моим идеям у него появилась возможность изменить сложившееся положение в этом мире, в его родном мире. Думаю, он не упустит такой шанс, шанс переломить ситуацию. Времени у него достаточно. Оборотни в отличие от людей живут очень долго. Намного дольше, чем пишут в книгах, а у Хана, так вообще отдельный случай. Ему уже лет не мало, а он и не собирается к предкам.

Норн, очень хотел встретиться со своими родственниками, жившими в Базаре, но после того, как мы с Ханом поведали ему о том, что собираемся сотворить, он был в восторге и с энтузиазмом начал строить планы по перетаскиванию родственников на новое место жительства. Необследованные подземелья в чёрных горах казались золотой жилой, а новый уклад жизни, о котором мы мельком ему рассказали, ещё больше обрадовал.

Ким мне давно ничего не должна, о чем я ей и сообщил, сразу же по прибытию в бункер. Так, что у неё была полная свобода действий. Я сказал ей, если хочешь, оставайся в бункере и примкни к новому ордену, как представитель своей расы, а хочешь, иди на все четыре стороны. Пауза затянулась, надо было, что-то ответить.

— Слушай, а кто будет обучать лисиц, кто будет их защищать, кто составит устав и правила ордена, по которым будут жить его члены, если ты уйдёшь со мной. Тебе же сейчас уже не надо ничего доказывать твоим недостойным родственникам. За тобой пойдут те, кто и так уверен в твоей невиновности.

Хан начал понимать к чему я клоню, его лицо покраснело от гнева. Я невозмутимо продолжал, хоть и понимал, что хожу по лезвию бритвы.

— С имеющейся огневой мощью я, спокойно достану камни, тем более, что я не собираюсь лезть в самое сердце пещер. Так, что камни для послушников ордена я тебе привезу.

— Причём здесь камни!! — взорвался Хан.

— Я дал слово! И если ты ещё не понял моих принципов жизни, то, ни о каком ордене не может быть и речи. Слово и Честь нерушимы! Держать слово, защищать честь и принципы ордена, это будет первое, чего я буду требовать от послушников и мастеров ордена, — прорычал он.

Хан выглядел поистине страшно. Его глаза выпучились, челюсть выдвинулась и зубы в его человеческом обличье, как мне показалось, были не меньше, чем в боевой ипостаси.

— И чего ты разорался? Согласись, попробовать стоило, — я хмыкнул, спустившись с кровати, сделал пару шагов к двери, ведущей в арсенал. В жилой комнате было всего четыре кровати, так, что она стала, этакой мужской комнатой и первой линией обороны. С моей паранойей самое то и девушкам свобода и если дверь всё же не выдержит, им же время, что бы покинуть гостеприимный, но совсем уже не безопасный бункер, через подъемную площадку. Возле двери я обернулся и только поэтому успел увернуться от лапы разъяренного Хана. Я выпрыгнул за дверь и запер её. Привалившись спиной к двери, я увидел пять пар удивленных глаз.

— Ээээ… Хану плохо, наверное, переел, — вслед моим словам, дверь сотряс сильный удар. Девушки присели, удивление сменилось страхом.

— Хорош ломиться, ты пугаешь лисичек!! — проорал я.

За дверью наступила тишина. Я подмигнул девчонкам и на цыпочках отошёл от двери, ретировавшись за машину, я шёпотом попросил девушек открыть дверь. Через пару минут раздался визг. Я начал приподниматься, уже решив, что возможно переиграл и за дверью совсем не Хан. Ну, а после того, как из жилой комнаты раздался визг и рычание, уже не только я, но и Норн, оторвавшись от очередного оружия, мчались в комнату, подхватив что-нибудь тяжелое. Забежав в комнату, мы обнаружили на кровати сдерживающую смех компанию.

— Ну… ну вы даёте! Я уж думал, что кто-то в бункер пролез, чуть с ума не сошёл, — с обидой в голосе сказал я и осуждающе посмотрел на девушек и Хана.

— А вот нечего старого оборотня сердить, — поучающим тоном ответил Хан.

— Представляешь Нор, этот молокосос, решил не брать нас в пещеры к демонам, — воскликнул Хан.

— Ну, ты… кхе… парень погорячился, — Норн повернулся ко мне лицом, сжимая в руке железный прут, кстати, где он его взял я не знаю, в моём арсенале такого не водилось.