Он заулыбался ещё шире, глаза сделались пронизывающими от более интенсивного света. «Просто сейчас ты реально меня заводишь, — пробормотал он в моем сознании. — Это плохо?»

Я рассмеялась.

— Мы не должны сейчас этого делать, — пожурила я его, пихнув в руку, а он крепче сжал моё бедро. — Говори со мной нормально.

«Ты хотела, чтобы я сказал это вслух?»

Покачав головой, я рассмеялась и щёлкнула языком.

Остальные уставились на нас обоих. Заметив их выпученные глаза, я стёрла улыбку с лица, осознав, что наша с Ревиком перепалка, наверное, со стороны выглядела довольно странно.

В этот раз молчание нарушила Фрэнки.

— Что всё это вообще значит, Элли? — спросила Фрэнки, привлекая мой взгляд к себе. — Этот вирус действительно должен «помочь» нам эволюционировать? Потому что уж прости, но от лица всей человеческой расы мы говорим тебе и твоей эволюции «катись нах*й».

Я нетерпеливо выдохнула.

— Я же вам говорила. Мы не имеем к этому никакого отношения. Мы пытались это остановить. Из-за этого мы и отправились в Южную Америку.

— Ну, потрясающая работа, — парировала Фрэнки. — Охренительная просто, Эл.

Воцарилось молчание.

Затем Ревик издал тихий фыркающий смешок.

Как и Балидор по другую сторону от него. Я даже почувствовала, как улыбнулся Врег, массирующий плечо Джона своей здоровой рукой.

Однако мои губы поджались, и я пожала плечами.

— Я сожалею, — произнесла я. — Правда, сожалею.

Воцарилось молчание, во время которого все люди, сидевшие напротив нас, уставились на меня — может, ожидая, что я скажу ещё что-нибудь, а может, гадая, что ещё спросить. Посмотрев в другую сторону, я осознала, что Локи тоже слушает, слегка нахмурив лоб.

По правде говоря, я полагала, что он спал. Я задалась вопросом, не слушали ли нас и другие видящие, пристёгнутые к сиденьям на противоположной стороне контейнера.

В этот самый момент мой желудок совершил кульбит от тошнотворного ощущения падения вниз.

Что-то без предупреждения резко подняло контейнер.

Талей и Балидор описывали нам эти подъёмы до того, как нас заперли в контейнере, так что я должна была помнить, что это произойдёт вот так. На самом деле, мне стоило предупредить других, хотя предполагалось, что их уже предупредили видящие, которые пристёгивали их к сиденьям.

В любом случае, движение застало меня врасплох, и к горлу резко подступила желчь. Я сумела сдержать её — наверное, лишь потому, что за последние несколько недель пережила кое-что похуже.

Оказывается, не у всех такой рвотный рефлекс, как у меня.

Сасквоч не выдержал первым и попрощался с содержимым своего желудка через несколько секунд после того, как контейнер поднялся с палубы субмарины. Фрэнки последовала за ним.

Через несколько секунд после Фрэнки Джейден закашлял. По его телу прошла какая-то сильная дрожь, после чего он весь содрогнулся. Он блеванул на пол контейнера прямо возле того места, где Сасквоч уже украсил металлические борозды ярко-жёлтой желчью и комками чего-то, что ему дали в Олбани перед нашим отъездом.

Анжелина оставалась чрезмерно бледной на протяжении той первой череды действия и пребывания в полете, но сумела сдержаться, пока троих других не стошнило. Затем, видимо, до неё дошёл запах, потому что в итоге её тоже стошнило. Все её тело содрогнулось болезненной дугой, когда её вырвало водой и яркой желчью.

Я закрыла глаза. Я попыталась заблокировать обоняние в носу, но это давалось не так-то просто.

Уткнувшись лицом в бок Ревика, я попыталась дышать его запахом, а не парами рвоты. Сработало лишь отчасти. Слышать смешки и хихиканье видящих, пристёгнутых вокруг меня, также не помогало, потому что мне тоже хотелось рассмеяться.

Я услышала, как по другую сторону от меня Джакс бормочет:

— Ох, супер. Просто фантастика, бл*дь. Я безмерно благодарен вам всем за этот опыт…

Тут Ревик, Врег и Балидор не сдержались и заржали в голос.

Я попыталась скрыть своё хихиканье, уткнувшись в куртку Ревика, а он крепче сжал мои пальцы, чмокнув меня в макушку.

Так мы проделали большую часть пути до отеля, и хоть как только контейнер погрузили на транспортное средство, движение сводилось больше к вибрации, мне надо было пописать, а запах рвоты, казалось, становился лишь хуже в теплом замкнутом помещении из органических стен.