В эти короткие промежутки, когда прежний Баррон оживал в его сознании, он. понимал, что это чувство жизни во сне должно быть всего лишь новая форма тех сумасшедших галлюцинаций, стоивших ему работы и репутации. Но такие промежутки продолжались недолго. Остальное время он ехал в странном сне и наслаждался ощущением затерянности меж этих двух миров и вторым «я», в которое он превращался.

Но теперь путешествие подходило к концу, и он заинтересовался на мгновение, кончится ли и наваждение.

— А что такое Армида?

Кольрин ответил:

— Владения Правителя Альтона, Правителя Комина, пославшего за тобой. Он будет рад, что ты свободно говоришь на нашем языке и объяснит тебе, чего он от тебя хочет, — прикрыв глаза от солнца, он посмотрел вниз на долину и указал, — вон там, внизу!

Лес из толстых тяжелых серо-голубых деревьев, ронявших на землю маленькие пахучие шишки, разрежался по мере того как они спускались вниз, и то тут, то там в подлеске жалобно кричала какая-то птица. В низинах прозрачными клубами начал скапливаться туман, и Баррон осознал, что был бы рай попасть под крышу до того как начнется дождь. Он устал спать на земле под брезентом, хотя и знал, что климат для этого времени года мягок, ему очень повезло, что это дождь, а не снег. Он также устал от пищи, сваренной на костре. Он был бы рад вновь очутиться под крышей.

С беззаботной уверенностью он направил лошадь вниз по склону и, позволив глазами закрыться, впал в короткую дремоту. Я не знаю правителей Альтона и должен держать в тайне от них мою настоящую цель пока не пойму, что они помогут, а не помешают. Здесь также можно добыть информацию о дорогах и наилучшем пути — снег скоро закроет перевалы, а до этого я должен как-то найти дорогу в Карфон. На самый край света…

Он вырвался из сна. Что за чушь ему снилась? Где Карфон и, кстати, что за Карфон? Насколько он понял, это могло быть и названием одной из лун! Черт, наверное я подцепил его в одной из карт. Он занимался этим временами, когда больше нечего было делать. Наверное, это подсознание не забывает ничего — навеяло эти сны из полузабытых фрагментов.

Если это будет продолжаться, он станет прекрасным кандидатом для психушки. Кандидатом? Я уже готовый псих! В мозгу его крутились обрывки песни, которую он слышал когда-то, много лет назад на другой планете, песни о крае света.

…я осужден на путь, пять миль за самым краем мира, но мне — совсем чуть-чуть…

Нет, не так. Он пытался вспомнить слова, это отвлекло его от окружающей странности.

Леррис придержал лошадь. — Ты что-то сказал, Баррон?

— Нет. Это трудно перевести, но… ты понимаешь земной?

— Достаточно хорошо, — произнес Леррис с улыбкой.

Баррон просвистел обрывок мелодии, а затем запел немного грубым, но мелодичным голосом:

Леррис кивнул.

— Иногда очень похоже, — сказал он. — Мне понравилось и Вальдиру тоже понравится. Но Армида не совсем на краю света — пока.

Пока он говорил, они обогнули скалу, легкий запах древесного дыма и сырой земли донесся до них из долины, а сквозь неплотный туман они увидели внизу большой дом.

— Армида, — сказал Леррис, — Дом приемного отца.

Баррон не знал точно, почему он ждал, что это будет замок, вознесшийся среди непроходимых горных пиков, с орлами, парящими над его башнями. На спуске лошади заржали и прибавили шаг, и Лерис погладил свою по шее.

— Чуют дом и приятелей по конюшне. Это была хорошая поездка. Я мог вернуться и один. Это одна из самых безопасных дорог, но мой приемный отец боялся опасностей.

— Каких опасностей? — спросил Баррон. — Я должен знать, что может мне встретиться на долгом пути в Карфон.

Леррис пожал плечами.

— Все обычное для этих гор: люди-кошки, бродячие банды нечеловеков, одичалые бандиты, хотя они обычно предпочитают более дикие места, и в любом случае нас не так много, чтобы привлечь что-то пострашнее. А если задует Призрачный Ветер… Но я и так достаточно запугал тебя, он рассмеялся, — эта часть планеты спокойная.

— Ты много путешествовал?

— Не больше остальных, — произнес Леррис, — я пересекал предгорья Килгарда, направляясь из Желлеров с приемным братом, когда мне было пятнадцать, и это не было привычной прогулкой, можешь мне поверить. А однажды я ходил с караваном в Сухие Города, перейдя перевалы в Высоких Кимби, за Карфон…

Карфон! — слово завертелось будто колокол, пробив что-то в Барроне и прыснув дозу адреналина в кровь. Он вздрогнул и пропустил одну-две фразы, он произнес, обрывая рассуждения молодого человека: — Где и что это за Карфон?

Леррис странно посмотрел на него.

— Город, во всяком случае, раньше был им. Лежит отсюда далеко на восток. Сейчас это практически город-призрак. Туда никто не ездит, но караваны пересекают перевалы, есть старая дорога и брод через реку. А что?

— Я… кажется, я где-то слышал это название, — произнес неубедительно Баррон и опустил глаза, используя как извинение быстрый шаг лошади по выровнявшейся дороге, направлявшейся к стенам Армиды.