Приближение к той огромной яхте на этом маленьком катере было похоже на пилотирование крошечной космической капсулы для стыковки с самым гигантским звёздным разрушителем во вселенной. Они даже не состыковались. Катер остановился за яхтой, и уже другой человек помог ей подняться на палубу по пятиступенчатой лестнице. Этим человеком был Исмаил, тот самый пресловутый помощник босса.

– Ты принесла препарат? – спросил он, когда она поднялась на борт.

Девушка ухмыльнулась.

– Привет, Аабха, как твои дела? – саркастически сказала она. – Рад тебя видеть. Я рад, что тебе удалось выбраться невредимой.

Он сделал движение рукой как будто вращая колесо. Вперёд, вперёд.

– Привет, Аабха. В общем, я подтверждаю всё, что ты сейчас сказала. Препарат у тебя?

Она поискала в сумочке и достала оттуда ампулу, содержащую вирус Эбола. На долю секунды у неё появилось странное желание выбросить её в океан. Вместо этого она приподняла её, показывая мужчине. Он уставился на ампулу.

– Такая маленькая ёмкость, - сказал он. – Невероятно.

– Эта ёмкость стоила мне пяти лет жизни, - сказала Аабха.

Исмаил улыбнулся.

– Да, и спустя сотни лет люди будут слагать героические песни о подвиге девушки по имени Аабха.

Он протянул руку, как бы давая понять девушке, что она должна отдать ему ампулу.

– Я отдам её лично ему, - сказала она.

Исмаил пожал плечами.

– Как пожелаешь.

Она поднялась по лестнице, освещённой зелёным светом и вошла в главную каюту через стеклянную дверь. Это была огромная комната, у одной стены которой была длинная стойка, вдоль остальных стен стояло несколько столов, а посредине находился танцпол. Это была комната босса для развлечений. Аабха была в этой комнате, когда та напоминала собой ночной клуб в Берлине – здесь не было мест для сидения, музыка звучала так громко, что стены, казалось, пульсировали ей в такт, свет мерцал, на танцполе прижимались друг к другу тела. Сейчас же в комнате было тихо и пусто.

Она прошла по коридору, устланному красной ковровой тканью, с полдюжиной кают по каждую сторону, затем поднялась на другую лестницу. Наверху располагался ещё один зал. Сейчас она находилась в глубине судна и двигалась прямо в его сердце. Большинству гостей не было позволено заходить настолько далеко. Она дошла до конца зала и постучала в широкие двойные двери, которые там обнаружила.

– Входи, - раздался мужской голос.

Она открыла дверь по левую от себя сторону и вошла. Комната впечатлила её ещё больше. Это была главная спальня, расположенная прямо под рулевой рубкой. По ту сторону комнаты она заметила огромное обзорное окно от пола до потолка, открывающее вид местности, к которой приближалась яхта, а также показывающее всё, что находилось вокруг неё. Чаще всего в этом окне отражался вид открытого океана.

В левой части комнаты располагалась зона отдыха с большим диваном на несколько секций, который использовался во время вечеринок. Там также было два мягких кресла, четырёхместный обеденный стол и огромный телевизор с плоским экраном на стене, под которым была установлена длинная звуковая панель. Высокий стеклянный алкогольный бар стоял в углу возле стены.

Справа от неё находилась изготовленная на заказ огромная кровать, над которой на потолке висело зеркало. Владелец этой яхты получал удовольствие от своих развлечений, и эта кровать могла с лёгкостью разместить четверо, а иногда и пятеро, человек.

Перед кроватью стоял сам владелец. На нём были надеты только лишь шёлковые штаны на шнурках и сандалии. Он был высоким и тёмным человеком около сорока лет, его волосы были седыми, а его короткая борода только начинала седеть. Он был очень привлекательным мужчиной с глубокими карими глазами.

Его тело было поджарым, мускулистым и идеально сложенным в форме перевёрнутого треугольника: широкие плечи и грудная клетка, которая постепенно сужалась, демонстрируя кубики пресса на животе и тонкую талию, на его ногах были видны хорошо прорисованные мышцы. На левой стороне груди была набита татуировка в виде огромного чёрного жеребца – арабского скакуна. Он владел целой конюшней скакунов и выбрал жеребца в качестве своего личного символа. Они были сильными, мужественными и царственными, как и он сам.

Мужчина производил впечатление стройного, здорового, хорошо отдохнувшего человека; будучи настолько богатым он мог иметь доступ к услугам самых квалифицированных личных тренеров, лучшим продуктам питания, медицинским специалистам, готовым предписать ему специально подобранную гормонотерапию с целью достойно противостоять процессу старения. Одним словом, выглядел он прекрасно.

– Аабха, моя хорошая милая девочка. Кем ты будешь после сегодняшнего дня?

– Омар, - сказала она. – Я привезла тебе подарок.

Он улыбнулся.

– Я никогда в тебе не сомневался. Ни на минуту.

Он поманил её к себе, и она пошла. Она протянула ему ампулу, но он почти не глядя поставил её на стол рядом с кроватью.

– Позже, - сказал он. – Мы можем подумать об этом позже.

Он притянул девушку к себе. Она ринулась в его крепкие объятия. Она прижалась лицом к его шее, ощутив его запах – это был тонкий аромат парфюма, смешанный с более глубоким земным запахом его тела. Этот мужчина не был помешан на чистоте. Он хотел, чтобы люди чувствовали собственный аромат его тела. Её это возбуждало, возбуждал его запах. Всё в нём заставляло её трепетать.