— Тебя мама не учила, что воровать не хорошо? — не скрывая злости, подошел я к пацану.

— Я ничего не брал, — обернулся ко мне Пахом.

— А книга к тебе в руки сама прилетела, так?

— Мне ее дали, — набычился парень.

— Ты реально дебил или прикидываешься? — не выдержал я, глядя на то, как грязные пальцы пачкают страницы книги. — Верни то, что тебе не принадлежит.

— Чего кричишь, барчук? — нарисовался Ждан, явно чувствуя свое превосходство в окружении группы поддержки.

— Я жду, — не обращая внимания на подошедших, обратился я к Пахому, который уже порывался отдать мне книгу, но был остановлен Жданом.

— Не так быстро. Мы может тоже хотим почитать. Учитель не права, выбрав себе любимчика.

— Ждан, вот скажи, — обратился я к старосте группы, — вас наказание болью ничему не научило? Или тебе Пахома не жаль?

— А ты разве нас сдашь? Я ведь вижу, чего ты добиваешься, хочешь другом стать для всех и ведь ведутся пацаны на твое лживое дружелюбие. А я знаю — гнилой ты человек, как и все дворяне. Ну давай, пожалуйся наставнику, покажи каков ты на самом деле.

Ждан понимал, чем мне грозит такое поведение. Стукачей не любят нигде, и не в моих интересах идти к наставнику, чтобы требовать справедливость.

В любом случае книгу нужно было возвращать, и раз отдавать ее мне не собирались, а на испуг этих четверых взять не удалось, придется действовать жестко.

— Твоя правда, Ждан, — усмехнулся я, — не стоит беспокоить куратора, ну тогда и ты не обессудь.

Сказав это, я без лишних предупреждений зарядил ближайшему пацану, имени которого даже не знал, прямой в челюсть. От удара ошалевший парнишка упал на пятую точку, а я уже перешел к наступлению на следующего противника, но эффект неожиданности был утрачен и меня встретил яростный отпор.

Трое против одного — это много даже для подготовленного бойца, что уж говорить про меня. Нет, будь я в своем прежнем теле, закаленном тренировками и вбитыми рефлексами уличных драк, то шансов у трех пацанов, еще не вошедших в период зрелости, не было бы никаких, но сейчас все обстояло совсем иначе.

От первого кулака, летящего мне в голову, я сумел увернутся и даже изобразил что-то вроде контратаки, но в следующий момент Пахом, просто прыгнул на меня, пытаясь подмять под свое грузное тело. И это ему почти удалось — раздался треск формы и на рукаве появилась длинная прореха.

Удар коленом слегка умерил пыл этого прыгуна, но на этом мои успехи кончились — чей-то кулак с размаху впечатался мне в ухо, отчего в глазах вспыхнул фейерверк искр, затем последовали еще удары, я в меру своих сил отвечал, и кажется даже уложил одного, но все же силы были неравны.

В какой-то момент я оказался на земле и понял одну вещь — сейчас меня начнут просто втаптывать в землю. Вариантов оставалось немного, и раз победить мне уже не светило, я как можно плотнее сгруппировался, защищая внутренности и попытался просто минимизировать ущерб, подставляя под удары руки и ноги. Именно тогда, в попытках найти выход из ситуации в голову пришла мысль, что я вообще-то маг, пусть и начинающий.

На каком-то адреналиновом кураже я почувствовал пульсирование силы и в безумном желании избавиться от атакующих, зачерпнул энергию магического поля и просто выплеснул ее с максимально возможной силой. Во все стороны шрапнелью выстрелили кусочки камня, земли, травы и всего, что находилось на утоптанной площадке перед казармой. Раздались крики боли, с трудом открыв заплывающие глаза, я увидел, что вся бравая четверка валяется на земле, держась за кровоточащие части тела — моя атака увенчалась успехом, и стоило бы праздновать полную и безоговорочную победу, но к нам уже спешил наставник Леонид, а это в свою очередь несло за собой как хорошие, так и не очень последствия.

13 Глава

Глаза мужчины пылали гневом. Он явно был на взводе и ждать, что наша потасовка останется без должного наказания, не приходилось.

Все разговоры Леонид решил приберечь на потом, а прежде начал внимательно осматривать стонущих от боли пацанов. Матерясь сквозь зубы, куратор бесцеремонно, не обращая внимания на вскрики потерпевших, осматривал раны, прикладывая то и дело руки к кровоточащим царапинам, если они заслуживали его внимания.

Судя по всему, моя внезапная шрапнельная атака хоть и оказалась довольно действенной, но серьезных повреждений не нанесла. Под руками Леонида кровь, медленно пропитывающая одежду курсантов, останавливалась, а сами они замолкали. Одним за другим пацаны получали своеобразную первую медицинскую помощь, и последним, что характерно, свою долю лечения получил Ждан. С другой стороны, в мою сторону куратор вообще не смотрел, то ли с первого взгляда определил, что я могу обойтись без лечения, то ли просто проявлял свое отношения.