– Мне сказать им что вас не будет?

– Еще чего, подготовьте конференц-зал на этом этаже, разбудите Строгонова и Крока. Да и Давида приведите, - Максим обернулся чтобы разбудить Гейшу и Мэдоку но они и так встали и уже даже почти оделись, - мы будем через пять минут.

– Лучше через пятнадцать, чтобы подождали. И дать разрешение на стрельбу очередями.

– Тогда уж двадцать, - поддержала Рин Мара, - но скажите, что будем через пять.

– Как прикажете, - ответил Дако отходя от двери.

– Ну и чем же мы займемся эти пятнадцать минут? – озадаченно спросил Максим стоящий уже полностью одетым и даже подпоясанный мечом.

– А то ты не знаешь, - усмехнулась Марина, толкая его обратно на кровать…

В результате пришли они через тридцать и порядком уставшие, хоть и довольные. В освещенном светодиодными лентами зале собралось человек двести. Почти максимальная численность. Самураи Дако и охранники Строгонова, со своими лидерами во главе, стояли по бокам зала и сидели у небольшой сцены на которой стояло три стула.

Хотелось бы конечно иметь такой же внушительный трон, как и Тсухико-химе. Но по статусу он был не положен. Да и губернаторское кресло выглядело более чем достойно. Единственное что сейчас на нем восседал какой-то придурок. Ни кем другим он быть не мог потому что занял место Максима, и все знали, что после этого будет. Это было оскорбление, которое нельзя было терпеть.

Парень подошел спокойно, разглядывая незнакомца. Крепкий молодой мужчина, хотя может и женщина, черт его разберет под бронежилетом и штурмовой маской. Ни выражения лица не понять, ни внешности. Ну да развалившаяся поза все говорила за себя. Не произнося ни слова Макс чуть поклонился, а потом выбросил вперед левую руку. Кто бы это ни был он был чертовски ловок и почти ушел от захвата. Но недостаточно. Ерм безошибочно указал траекторию движения наглеца и разошедшиеся в стороны пальцы левой руки Универсала сомкнулись на голове цели.

Сила! Максим поднял противника за голову, не обращая внимания на крики и возмущение Светловой которая попыталась сорваться со своего места, но была остановлена стеной клинков стражи. Парень несколько секунд раздумывал что лучше сделать, выстрелить рельсой или отрубить голову мечом, но в этот момент ему на плечо легла маленькая ладошка Рин.

– В темницу, до дальнейшего решения. Все полезное снять, – сказала Марина, когда Универсал отбросил свою жертву в сторону.

– Оскорбление сегуна Ре – тяжкое преступление, - спокойно объяснила Мэдока. Максиму даже говорить ничего не пришлось.

– Хорош же ваш сегун если его так легко оскорбить, - усмехнулась Татьяна. Несколько человек в ее свите засмеялось, но большинство не поддержало и смешки быстро прекратились.

– Наше общество построено на свободе и уважении, - произнес Макс, - свобода действий в купе с уважением к старшим и послушанием ради общего дела основа нашего поселения.

– Больше похоже на диктатуру! – не унималась начальница ВВУ - вас никто не назначал, а этого по центру и вовсе ждет тюрьма, как только в России все наладится.

– Как и вас, - спокойно заметила Марина, - за самовольное управление поселением, за сотрудничество с преступниками и оккупантами, за незаконное проникновение на военные объекты, применение оружия и многое другое. Если конечно в России все наладится. А еще раз перебьете сегуна отправитесь вслед за предыдущим придурком.

– Я здесь только потому что из порта пришла радиограмма о назначении нового наместника Охи.

– Совершенно верно, и это я, - кивнула Ужложская, - а главой поселения от гражданских является госпожа Мэдока. Супруга господина Ре. И мы обе полностью доверяем его суждениям.

– Писец, - громко прошептала девушка рядом с Татьяной. Теперь, когда к нему вернулась память Макс знал, что она раньше была главой поселения. Кажется, Ржевальская.
– То есть две подстилки будут диктовать нам что делать?

– Уведите ее, иначе я казню ее на месте, а мне кажется это будет сейчас не лучший ход.

– Может тогда сразу всех послов закроете и дипломатические вопросы с концами? – надменно посмотрела на него Светлова, - так поступают только слабые.

– Нет, слабые приползают на коленях, когда у них заканчиваются боеприпасы и пища. Как сделали вы, - ответил Максим, - а если они при этом еще и гордые, и глупые - то обрекают доверившихся людей на голодную и холодную смерть. Ответьте. Сколько из трех тысяч вверенных вам людей выжило на данный момент?

– Две, - ответила после некоторой заминки Татьяна.

– В таком случае вам стоит заткнуться и придумать причину чтобы сдаться. Поверьте, теперь у меня к вам очень много вопросов. И по обращению с детьми и по общей политике. Как было и к адмиралу Ушакову, но он к сожалению, скончался.

– Вы можете задать их мне, - спокойно и уверенно сказал Подковин теперь выполнявший должность главы Москвы.

– С вами как раз никаких проблем нет. И надеюсь не будет в дальнейшем. И я рад вас здесь видеть Федор, спасибо что смогли прибыть лично.