«Да я свободный», — сказал Георг, — «Помоги мне брат. Я не могу его сбросить с себя. Ты же видишь у меня сломано несколько ребер и раздроблено плечо».

«Хорошо», — ответил Чэнь № 961.

Чэнь № 961 осторожно приподнял тяжелое тело персекутора, Георг, морщась от ужасной боли в раздробленном плече и чувствуя, как трутся, друг об друга сломанные ребра медленно, волоча за собой ногу, отполз к стене. Он понимал, что уничтожив персекутора, говорить о безопасности еще рано. Ему нужно, как можно быстрее покинуть здание музея. Вводить дополнительные дозы эпинефрина было категорически нельзя, потому что это могло привести к обратному эффекту — к потере сознания, остановке сердца, смерти. Поэтому придется рассчитывать на оставшиеся силы организма и помощь черного спаун-дизайнера приписанного к музею. Он вытащил, мобильный телефон, набрал специальный номер, на случай критической ситуации.

— Мне нужна помощь, как можно скорее.

Назвав свои координаты, он, опираясь на руку Чэнь № 961 с трудом встал.

«Мы выйдем через мою лабораторию», — сказал черный спаун-дизайнер, указывая на двойную дверь из полированного алюминия с табличкой указывающей, что это служебное помещение и посетителям музея сюда вход воспрещен.

Но Георг уже не слышал его, потеряв сознание, только нейромод еще работал, давая слабый фон нейронной активности.

Сеул. Корея.

— Ну и переполох вы устроили в Циндао друг мой, — засмеялся Йонг Кан, — вытащить вас из Китая, было самой не простой задачей в моей жизни.

Георг пришел в себя и молча смотрел на директора юго-восточного отделения Интерпола и представителя национального отделения Интерпола Южной Кореи.

— Вы, друг мой, были в бессознательном положении, когда вас буквально притащил на себе черный спаун. У вас были сломаны несколько ребер, раздроблен плечевой сустав, глубокое ожоговое ранение, вызвавшее некроз тканей, сотрясение мозга, повреждение…, — он остановился, перестав перечислять ранения Георга, — да думаю, вы сами прекрасно знаете свое состояние. Вы словно побывали в хорошей мясорубке, друг мой.

— Где он? — спросил Георг.

— Кто? — переспросил Йонг Кан.

— Тот черный спаун, что вытащил меня из музея и передал вам.

— Я не знаю, — пожал плечами Йонг Кан, и уклончиво ответил, — мы «подхватили» вас в Шинане и на небольшом рыбацком судне перевезли в Мопкхо. Избежать встречи с подразделением береговой охраны народной армии Китая было очень тяжело. В Циндао, творилось что-то невероятное. Казалось, вся полиция Кита была мобилизована. Как этот черный спаун смог вас протащить сквозь все посты? Это невероятно. Он отдал вас нам и мы больше его не видели.

Он помолчал задумчиво глядя на Георга сказал.

— После того как Юрген Сток настоял на создании агентурного отдела в Интерполе, стало намного сложнее работать и взаимодействовать с полицейскими структурами разных стран. Я должен доложить своему начальству о том, что вы здесь. Иначе сами понимаете, могут быть сложности с вашим пребыванием в Республике Корея. Возникнут ненужные вопросы.

Йонг Кан сделал паузу и спросил.

— Например, что вы делали такого, что не обратились в национальное отделение Интерпола Китая?

Йонг Кан был опытным сеульским полицейским. В полицию он пришел из армии, где служил в антитеррористическом спецназе в батальоне «707». Он был потомственным военным, как его дед, отец, но вот сам он резко изменил семейной традиции, демобилизовавшись из армии пошел, служить в полицию, став одним из лучших полицейских в стране. Через некоторое время его выдвинули на главу юго-восточного отделения Интерпола, которое он совмещал с работой в полиции в Республики Корея.

— Это связано с Мэн Хунвэйем, — ответил Георг, — с его коррупционными схемами в некоторых крупных транснациональных компаниях.

— Связанных с биотехнологиями? — продолжая улыбаться, невозмутимо спросил Йонг Кан, — после ваших невероятных приключений, — иронично сказал он, — остался серьезный радиоактивный след.

Он достал из нагрудного кармана маленький шприц-дозатор из слоенного боросиликатного и свинцового стекла, покрутил его, задумчиво глядя на него и положил обратно в карман.

Георг попытался прочесть его мысли, используя нейронную активность в коре головного мозга. Но наткнулся на очень хороший имплантат от компании Самсунг защищающий Кана от проникновения в его сознание. Возможно, не будь Георг, так слаб он попытался взломать имплантат, но нейромод требовал от него больших сил, больше, чем было у него сейчас.

— Да, — подтвердил Георг глядя прямо в глаза Йонг Кану.

— Ну что ж пусть будет такая версия, — Йонг Кан слегка разочарованно качнул головой.

Георг понимал, что этот корейский полицейский тертый калач и не поверил ни одному его слову. И даже чуть качнул головой, чтобы дать ему открыто понять, что он сомневается. Конечно же, он сейчас на стороне Георга и будет ему помогать всем, чем сможет, но если речь пойдет об интересах его страны, он без сомнения будет отстаивать именно их, он будет отстаивать интересы всего человечества.