– Отлично, время зря не теряли. Я тут подумал, нам нужно будет придать вращение винту Архимеда. Есть два варианта. Или, если быть точнее – три. Первый и самый экономный, но не самый надежный. Мы можем поставить китайскую мельницу, которая будет вращать агрегат и подавать воду в трубы. Понадобится ткань, доски, веревки…

– Стоп, стоп, стоп! Игни, я понимаю, что тебе не терпится поделиться со мной гениальными идеями и изобретениями, но прошу тебя учитывать, что я половину сказанного не понимаю.

– Извини, увлекся. Так вот, начнем тогда с самых основ идеи. Изначально я предполагал, что мы будем валить деревья примерно равной толщины, разрезать их вдоль, вырубать сердцевину и с помощью веревок и клея собирать их обратно. В итоге получали бы трубу. Труба – это длинный пустотелый предмет, обычно круглого сечения. Соединив несколько десятков таких труб – мы сможем заливать туда воду с одного конца и получать её в нужном месте. При этом, все излишки воды будут по наклонной стекать с другого конца трубопровода. Таким образом, мы не только обеспечим все поместье водой, но и сможем избавлять вас от нечистот, сбрасывая их в реку. Однако, сегодня произошло уникальное событие. Терих показал мне способ соединения двух половинок в единый предмет. Это избавит нас от необходимости использовать веревки и клей.

– И что помешает воде вытекать с той же стороны, с которой она попадает в трубу?

– Тут сразу два момента. Во-первых, место поступления – будет располагаться выше уровня места стока. Во-вторых – мы сделаем некое подобие горловины, позволяющей удержать излишки и повышающей давление. – В процессе пояснения, активно жестикулирую и не замечаю небольшой ямки под ногами, из-за чего едва не теряю равновесие.

– Каким образом вода будет подаваться наверх из реки? Магия?

– Никакой магии. Только наука. В моем мире жил очень-очень умный мужчина, Архимедом звали. Так вот, он придумал винт. При его вращении – он сам поднимает воду наверх.

– В это верится… С трудом. – Подытожил мой рассказ Реймс. – Сейчас поворачиваем вот туда и движемся прямо. – Он махнул рукой, и мы сошли с обочины дороги.

Под ногами проглядывалась едва заметная тропинка, с глубокими следами обуви. Если это та самая тропинка, по которой таскают воду – то я несколько удивлен. Никаких следов колесных тележек. Никаких ориентиров. Человек просто идет за водой по памяти и либо возвращается с полными ведрами, либо не возвращается совсем.

– Часто у вас тут водоносы пропадают? – Спрашиваю я у хозяина поместья.

– Не часто, но случается. Обычно ходят группами по пять человек.

По пять человек, значит? Ну, нас сейчас тоже пятеро. С одной стороны – это не внушает оптимизма. С другой – мы вооружены и не похожи на крестьян. Кроме того, я лишний раз убеждаюсь, что построить сие «чудо инженерной мысли» обязательно стоит.

Минуя небольшие насаждения кустов, мы углублялись в лес. Все разговоры стихли. Под радостное пение птиц и треск всех попавшихся на пути веток, кои словно специально ломала пара стражей – мы продвигались все дальше. Редкие лиственные деревья, все еще голые, но приятно пахнущие смолой от набухающих почек, резко контрастировали с небольшими хвойными деревцами. Весьма печальным и в то же время логичным, был момент, что я не увидел ни одной березы или сосны. Растительность вроде бы и похожа, но явно не земная.

Так как продвигались мы довольно медленно, из-за не очень ровной местности и пары поваленных деревьев, не понятно каким образом преодолеваемых водоносами – решаю попрактиковаться в искусстве тихого шага. Или, в простонародье, скрытности. Тщательно выбирая место для постановки ноги и опираясь преимущественно на носки – полу крадучись следовал за щитоносцами. На изменение походки тут же обратил внимание Реймс, на недоумевающий взгляд которого я ответил всего одной короткой фразой: «Поднимаю навык». Первые минуты две я замечал откровенно веселящегося советника, по правую руку от себя. Потом, после прокурлыкавшего сообщения и оповещения об этом окружающих – с откровенным весельем наблюдал за ним уже я.

Со стороны мы выглядели крайне забавно. Колонна по двое, из шести человек. Первая пара махает конечностями во все стороны, как мачо с мачете, пробирающиеся через джунгли. Вторая пара представляет из себя дикую смесь из человека похожего на средневекового китайского купца и современного героя-попаданца с мечом на поясе. В заключении картины – третья пара, из цепляющей копьем деревья девушки и абсолютно недоумевающего зажиточного фермера. И все это старательно «кродеться» через лес, жители которого в панике убегают от издаваемого шума. Каким образом качался навык скрытности? Ну, тут есть две теории. Либо я действительно учился ходить бесшумно, либо это связано с тем, что я оставался невидим и не слышим для впереди идущих.

Не более чем через двадцать минут мы, наконец, увидели впереди просвет. Лес резко обрывался у самой реки, имевшей довольно крутой берег. Воздух полнился прохладой и шумом бегущей воды. Но, кроме всего прочего, мое внимание привлекло хвойное дерево, искренне считавшее себя лиственным. Толстый ствол гордо возвышался на добрый десяток метров вверх и раскрывал больших размеров крону, состоящую из толстых веток, усыпанных отростками покрытыми иголками, очень напоминавшими листья. Поразительной красоты зрелище, называемое «Цидкем», как пояснил мне Реймс.