Кристи села на кровати и улыбнулась.

– Правильно, Кэвин. По-моему, твой папа притворяется.

– Притворяюсь? – обиженно воскликнул Кайл. – Так-то ты разговариваешь со старшим братом? – Он плюхнулся рядом и притянул ее к себе. Потом легонько отстранил, посмотрел в лицо и хрипловато проговорил:

– Добро пожаловать домой, детка, мы тебя заждались.

Кристи прижалась к брату, опустила голову ему на плечо.

– Мне так хорошо, Кайл. Ты прав, давно надо было приехать.

– Вот и отлично, нам всегда удавалось найти общий язык. – Он поднялся и та руки потянул ее к себе. – Пойдем, сестричка, обед давно на столе, а я умираю с голоду.

Они в обнимку вышли на лестничную площадку, детишки выкатились следом. Кайл совершенно не изменился, даже стал еще привлекательней. Чуть пополнел, но при его росте это было неопасно. Мимические морщинки, лучиками разбегавшиеся от уголков глаз, говорили о том, что он прожил эти годы счастливо и без особых хлопот. Кристи прижалась к нему.

– Ты прекрасно выглядишь, Кайл, прямо киношный сердцеед! Голову даю на отсечение – Фрэнсин держит в доме увесистую палку, чтобы отгонять от тебя поклонниц!

Он усмехнулся, обнял ее за талию и повел вниз.

– Ишь какая догадливая! Но вернемся на грешную землю. По-моему, ты страшно похудела, просто кожа да кости, уж не обижайся.

– В Нью-Йорке это называется иначе. – Она приняла картинную позу. – Видишь, я сама гибкость, изящество и привлекательность! – На лице появилось чувственно-неприступное выражение. – Вот так, теперь дошло, мужлан ты этакий?

– Ну, может, по нью-йоркским меркам это и привлекательно, а я вот нахожу, что вид у тебя болезненный. Мои новорожденные телята выглядят гораздо здоровее.

Она обиженно надулась, и Кайл расхохотался. Кристи не выдержала и тоже прыснула.

Так они и уселись за стол.

– Все по-старому, – заметила Фрэнсин. – Как раньше, знай подкалываете друг друга, словно без остановки тренировались все эти пять лет.

Да, все по-старому, только теперь за столом сидели двое очаровательных сорванцов. Кристи было приятно наблюдать, с какой гордостью смотрят на своих малышей Кайл и Фрэнсин. Их лица сияли. Кайл без тени раздражения отвечал на бесчисленные вопросы маленького Кэвина, а Фрэнсин, беседуя с Кристи, не забывала подкладывать Кэри лакомые кусочки.

– Ты позвонила Джейсону? – обратился Кайл к жене. – Он уже знает, что Кристи вернулась?

Кристи вздрогнула. С замиранием сердца она ждала, что ответит невестка.

– Нет, я как-то не подумала об этом. – Фрэнсин подняла на него глаза и нахмурилась. – Считаешь, надо было позвонить?

Во взглядах, которыми они обменялись, сквозила тревога за Джейсона. Может, Фрэнсин права? Кристи с головой ушла в собственное горе, совершенно не принимая во внимание, что он тоже страдает… Она напряженно смотрела в тарелку, теперь уже ожидая ответа Кайла.

– Да нет. Он предупредил, что, наверно, не поспеет сегодня к ужину и чтобы мы его не ждали, если он не явится до половины седьмого. Так что торопиться незачем, завтра обо всем узнает.

Кристи подняла на брата умоляющие глаза, и он, поняв, что разговор ей неприятен, сменил тему. Кристи облегченно вздохнула.

Интересно, знает ли Кайл, что его друг пьет? Сейчас говорить об этом было бессмысленно. А может, Джейсон запил из-за нее? Но он всегда был такой сильный, волевой. Ей в голову не приходило, что у него могут быть какие-то слабости, нет, вряд ли ее отсутствие повлияло на него столь ужасным образом. И все же, прежде чем встречаться с ним, Кристи многое надо было обдумать…

После обеда Кайл оседлал коней, и они вместе объехали ранчо. Кайл с гордостью показы вал все, что уже успел сделать, и объяснял свои замыслы по усовершенствованию конюшен и коровников. По всему было видно, что он очень доволен жизнью.

Он подробно расспрашивал ее о работе в Нью-Йорке, о друзьях и о том, счастлива ли она. О Джейсоне не было сказано ни слова. Как бы Кайл ни относился к разрыву их отношений, он твердо решил держать свое мнение при себе.

На берегу небольшого ручья Кайл натянул поводья, спешился и помог ей слезть с коня.

Хотя в Нью-Йорке Кристи старалась как можно чаще посещать манеж, с непривычки у нее болели все мышцы – слишком долгой была эта конная прогулка. Вот как быстро отвыкаешь от того, что раньше так любила, с грустью подумала она, растирая затекшую поясницу.

– Ты надолго к нам? – спросил Кайл, шагая за ней к поросшей молодой травой полянке. Они уселись рядышком, плечом к плечу.

– Я свободна от съемок до первого июня, но не уверена, смогу ли так долго оставаться у вас.