За последние два месяца она набрала целых двенадцать фунтов. Девушке в примерочной пришлось расставлять ее платье в талии, и съемки немного задержались. По сему поводу она выслушала короткую нотацию о необходимости придерживаться строгой диеты.

– Да, мы непременно вернемся к этой теме. Между прочим, красавица, не могу не подчеркнуть один незначительный – для тебя – момент: пока ты там резвилась под жарким солнышком и нагуливала свой очаровательный румянец, я обивал пороги всех мыслимых агентств, чтобы обеспечить тебя работой на несколько месяцев вперед. – Навалившись грудью на стол, Джонатан вперил в нее горящий взгляд. – И думать не смей выходить из игры, слышишь? Шутки кончились, я говорю серьезно.

Впервые Кристи видела такого Джонатана, впервые он был по-настоящему зол. Но раньше у него не было повода говорить с ней в подобном тоне, она никогда не противоречила, была, скорее, пассивна и во всем ему доверялась. Ей было глубоко безразлично, чем заниматься. Однако теперь все изменилось, теперь ей предстояло бороться за свое будущее. За свою счастливую жизнь с Джейсоном.

Педант до кончиков ногтей, Джонатан проводил ее до студии и сдержанно попрощался.

Что же делать? – билась в мозгу ставшая уже привычной мысль.

Фары пикапа ярко осветили подъездную дорожку. Еще издали Джейсон обратил внимание, что окна в доме темные. Он не предупредил Кристи, в котором часу вернется – он и сам этого не знал, – поэтому не рассчитывал увидеть жену на пороге, но в глубине души все-таки теплилась надежда, что без него она спать не ляжет.

Он развернулся и плавно въехал под навес стоянки. Странно, машины Кристи нет на месте. Он взглянул на светящийся циферблат своих часов – около полуночи.

Озабоченно вздернув бровь, Джейсон заглушил мотор и быстро пошел к дому. Взбежал на крыльцо, зажег свет в прихожей. Торопливые шаги гулко отдавались в коридоре, но Кристи навстречу не вышла. Внезапно сердце захлестнул ужас, как в кошмарном сне.

Дверь спальни была распахнула настежь, и, включая свет, он уже точно знал, что комната пуста. Кристи ушла. На туалетном столике, как раз там, где и он оставил свою записку, белел конверт. Замерев в дверях, он вспомнил тот их разговор.

«Я не простила тебе, что ты уехал, не предупредив».

«Да, я струсил. Понял, что не смогу вот так просто попрощаться с тобой… И решил, что гораздо проще оставить записку…»

Гораздо проще оставить записку. Записку… Он медленно шагнул к столику, повторяя про себя это слово. Конверт завораживал, притягивал взгляд, его имя, выведенное изящным почерком Кристи, чернело на белой бумаге.

Джейсон, оцепенев, смотрел на письмо, а в памяти всплывали сцены прошлого. Вот он усаживает совсем крохотную, едва начавшую ходить Кристи перед собой в седло; вот она пришпоривает своего собственного пони, озаряя все вокруг лучезарной улыбкой; а вот с восторгом смотрит на него, ворвавшись в кухню в день его возвращения с войны… Роскошные шелковистые волосы в лучах яркого света отливают червонным золотом, глаза сверкают, она бросается к нему и прижимается всем телом… И последнее – Кристи на белоснежных простынях в больничной палате…

– Господи, Кристи, неужели все сначала? Я этого больше не вынесу! – выкрикнул он в потолок, и невыразимая боль в его голосе разнеслась по опустевшему дому.

Джейсон взял со столика конверт и бессильно опустился на край кровати. Руки так тряслись, что он с трудом вытащил записку. Прочитал первые строки и окаменел.

Он оторвался от письма и перевел взгляд на верхний угол. Записка была датирована вчерашним днем. Значит, тогда Кристи и уехала. Сейчас она уже в Нью-Йорке, вернулась, стало быть, в привычную атмосферу… Ладно, что там дальше?

Ужасно, Что я не могу с тобой проститься, но Джонатан не оставил мне выбора – у меня контракт.

Строчки поплыли перед глазами, читать стало невмоготу. Сердце до отказа заполнила жуткая боль безысходности, скрутившаяся в один ноющий комок. Как же все это выдержать?

Опять один, опять надо учиться жить без Кристи. Письмо выпало из рук. Джейсон кое-как добрался до ванной, включил горячую воду и встал под струю, пытаясь осознать случившееся.

Кристи ушла. Ушла. Хотела она того или нет, факт остается фактом. Ушла. Не устояла перед блеском сверкающих огней, так и не приняла ту жизнь, какую он ей предлагал.

Джейсон выключил воду и энергично растерся полотенцем. Потом поплелся в спальню, поднял с пола недочитанное письмо и спустился вниз, в кабинет. Заснуть сегодня, понятно, не удастся, тем более в постели.