— Мы всё тщательно проверили и перепроверили на несколько раз.

— Пропал мой охотничий нож, — встрял в разговор братьев с Артуром до сих пор молчавший Крыса, при этом скорчив лицо так, что даже стало страшно на него смотреть. Крыса она и есть крыса, хоть и с человеческим лицом.

— А вот с этого места попрошу поподробней, — произнёс Артур и повернул свою черноволосую голову в его сторону.

Старик сплюнул скопившуюся в горле серую слизь и, потоптавшись на месте, продолжил, покашливая в кулак. — Пропал мой, кхе-кхе, охотничий нож, кхе-кхе, который лежал в мешке. Вечером мешок был в моей палатке, кхе-кхе, а утром я нашёл его возле костра. Все вещи на месте, а охотничий нож, кхе-кхе, бесследно исчез, словно испарился, кхе-кхе, вместе с Викториусом.

— А, может он слинял вслед за Тибериусом? — спросил у него Артур.

— Я спал и ничего не видел, — тихим голосом произнёс Крыса.

— А больше у тебя из вещей ничего не пропало, противный кривоногий старикашка? — поинтересовался у него Ричард. — И прекращай придуриваться, старик, а то схлопочешь по своей морде и не посмотрю, что старый.

— Нет, я всё тщательно проверил и перепроверил, перебирая свой походный мешок, — скороговоркой выпалил в его сторону Крыса. — А больше я ничего не видел и не знаю. И не надо на меня так подозрительно смотреть, как на вора или преступника. Я хоть и прожил много лет, но остался честным и порядочным человеком.

С этими словами старик опустился на землю возле палатки, у которой стоял всё время, пока шёл их разговор.

— Больше ни у кого ничего не пропало? — вновь задал вопрос Артур и машинально похлопал себя по карманам руками. Сорвавшись с места, все вновь помчались проверять свои вещи. Как будто в первый раз в своей жизни, услышав о происшествии, случившемся в их лагере. Покрутив в недоумении по сторонам головой, Артур присел возле догоравшего костра и опустил черноволосую голову на руки. Первая безлунная ночь месяца, проведённая в этих землях, подходила к своему концу. Только один месяц в году в Гиперборее были безлунные ночи, а в остальное время луна радовала всех своим появлением. И никто не мог знать, что ждало их там впереди. Какие новые испытания и трудности предстоит им преодолеть на своём нелёгком пути к долгожданной цели. Мёртвое озеро притягивало и манило их словно магнит. А Артур по-прежнему продолжал спать и видеть странный сон.

Громкий душераздирающий крик донёсся от Мёртвого озера.

Приблизившись вплотную к воде, Артур остановился и стал всматриваться в спокойную тёмно-зелёную гладь озера. На гладкой, как стекло, воде ни одного всплеска и ни одного колыхания не было видно. Песчаный берег был тоже абсолютно пуст, ни одной живой души.

— Что это было? — спросил он и посмотрел на мага Тибериуса, который приблизился и остановился рядом с ним.

— Не знаю, — ответил маг и внимательно посмотрел на воду. Протяжный крик вновь разнёсся над озером и, оборвавшись на пронзительной ноте, пропал, словно растворившись во времени и пространстве. А непосредственно источника, от которого исходил этот крик, нигде не было видно.

— Что здесь творится, Тибериус? Объясни мне, кто это кричит и откуда исходит этот пронзающий нервы звук? — закрутив по сторонам головой, спросил у мага Артур.

— Смотри Артур, смотри, там кто-то есть, — показывая рукой на середину озера, закричал маг Тибериус.

Прикрыв рукой свои глаза, чтобы в них не било ярко-красное, как кровь, солнце, Артур стал внимательно всматриваться вдаль, куда указывал маг. Из тёмной воды показалась светловолосая голова, и вновь раздался истошный крик ужаса утопающего. Пронзительное эхо разнеслось по всему озеру и, уткнувшись в песчаные холмы, вновь затихло, словно оборвалась натянутая тонкая нить судьбы.

— Артур, видишь, там кто-то тонет, — вновь закричал маг Тибериус и замахал своими длинными руками, чтобы привлечь к себе внимание, бегая вприпрыжку по берегу озера.

— Да угомонись ты, заполошный, и хватит бегать и скакать как дикий конь, поднимая озёрную муть, — произнёс Артур и, скинув по-быстрому верхнюю одежду, кинулся в тёмно-зелёную воду и поплыл на помощь утопающему человеку.

Светловолосая голова то погружалась в воду, и тогда он терял её из вида, то вновь появлялась на поверхности, как маяк, указывая ему путь.

Откинув назад длинные мокрые прилипшие к лицу чёрные волосы, чтобы не мешали лучше видеть и ориентироваться в воде, Артур поплыл быстрей, стараясь не потерять человека из виду. Но с каждым взмахом руки, с каждым гребком он понимал, что не успевает тому на помощь. Голова полностью исчезла из виду, и Артур больше не видел её в водах Мёртвого озера.

Кто-то аккуратно, но очень настойчиво тряс Артура за плечо, и тихонько ворчал как цепной пёс на прохожего мимо путника. Кошмарные видения утопающего, с ужасающей бешеной скоростью проносившиеся в голове Артура, прекратились. Мысли, словно обезумевшие птицы, напуганные кем-то, стали приходить в порядок. Плотный до такой густоты туман, что не видно и вытянутой руки, окутывающий в ранний час землю, с восходом солнца начинал отступать. Так и боль, пронзающая всё его молодое и здоровое тело, понемногу куда-то удаляясь, отпускала. Реальность бытия понемногу возвращалась в его сознание. И он стал приходить в себя. Голос, до такой степени показавшийся ему знакомым, вывел его из небытия своих сновидений. И окончательно очнувшись от полудрёмы, Артур открыл свои глаза и удивился. Ночь в этом безумном и жестоком мире продолжала своё существование.

"Что за бред, или я ещё сплю, и мне опять снится один и тот же кошмарный сон?" — подумал он и замотал головой, прогоняя остатки сна.

— Послушай, Ричард, а Викториус уже вернулся, — тихо спросил Артур и посмотрел в упор на светловолосого брата близнеца, который пытался его разбудить.

— Артур, поднимайся, хватит спать и храпеть, как слон, а то всех перебудишь. Сейчас твоя очередь заступать на ночное дежурство, и не неси несусветную чушь. Все члены нашего небольшого отряда в это время находятся на месте. Как поужинали и расположились на ночлег, так спокойно себе и отдыхают. Никто ночью никуда не ходил и лагерь не покидал, я бы заметил и не допустил бы этого. Сам пойми, какой безумец один пойдёт в безлунную ночь гулять по пустыне. Только полный отморозок или больной на всю голову. В нашем небольшом отряде таких людей точно нет, — произнёс Ричард, и присев у почти догоревшего костра, стал помешивать в нём палкой, которую всё время держал в руке.