– Я вами недоволен, маскап, – говорил Рошаль на ходу, хрипло дыша. – Уже второй раз подряд за последние пятнадцать лет вы верите людям на слово! Вам говорят, что я умер, – вы верите, вам говорят, что я спятил, – вы верите…

– Но она же именно этого и добивалась!

– И именно поэтому я остался в здравом уме. Только потому, что ей страсть как хотелось превратить меня в сумасшедшего. Борьба, понимаете? Только борьба, пусть и на уровне сознания. Если б наша полоумная знакомая оставила меня в покое, вот тогда бы, наверное, я действительно свихнулся…

– Берегите дыхалку, масграм.

– Извините, граф, я три года не разговаривал ни с кем, кроме себя…

Сварог замолчал, но от подначки не удержался:

– Однако ж вы, масграм, с ходу поверили, когда незнакомый человек в тюрьме у сумасшедшей калеки вдруг заявляет, что он, дескать, и есть Сварог – через пятнадцать лет отсутствия!

– Согласен, – сказал Рошаль. – Я тоже ошибся. Я поверил, что вы погибли там, во время взрыва в подземелье, – хотя не видел вашего тела.

– А что делать-то будем, атаман? – подал голос Монах.

Они остановились на площадке между металлической лестницей, ведущей куда-то еще глубже, и металлической лестницей, ведущей куда-то наверх. Отдышались.

– Своими ногами мы далеко не уйдем, – сказал Сварог. – После всего, что мы узнали, нас будут ловить с таким пылом, что дым увидят в столице.

– Ничего не узрят, – возразил Монах. – Ибо отсель нас никто не пустит на волю. Врата замкнут, двери-окна позапирают и будут расчесывать место сие, как гриву. Не выйдем мы с завода…

Где-то вдалеке замяукала сирена, потом еще одна. Ага, наконец-то проснулись, ну надо же…

– Связь со столицей, – предложил Рошаль. – Сообщить в Каскад о том, что творится на заводе.

– Не Каскад, а полиция, – нахмурил брови Монах. – И толку нету. Пока они проверять послание будут, пока потом свяжутся с заводом – дескать, а что это у вас происходит… А связи лично с Гиль-Донаром у меня нет, не мыслил я, что в оный переплет попаду…

– А вы что молчите, маскап?

– Прикидываю, – задумчиво ответил Сварог, глядючи на лестницу, ведущую вверх. – Если мне не изменяет ориентация, эти ступеньки ведут аккурат в секретный цех.

– И? – спросил Монах.

– А, ты ж еще не видел. Там стоит такая милая штуковина… Если уйти своим ходом с завода мы не можем, прятаться тут до морковкиных заговений не можем тоже, связи с внешним миром у нас нет… почему бы в таком случае не попытаться покинуть сей гостеприимный уголок с комфортом, на бронетехнике?

– Ваши метафоры, маскап… – поморщился Рошаль. – Вы можете понятнее говорить?!

– Над нами стоит «Буреносец». Он же «Стеклянный дождь». Насколько я понял, готовый к походу.

– «Буреносец» здесь?!

– А вы, масграм, не в курсе?

– Его подорвали! Много лет назад!

– Но потом восстановили… Нет, ну а в самом деле-то, почему бы и нет? В конце концов, если не сумеем сдвинуть эту махину с места, то всегда можем забаррикадироваться внутри, и хрен нас оттуда выкурят – для того его и строили. А там придумаем что-нибудь.

– А охрана, а рабочие, а сигнализация?!

– А вы вспомните некий кораблик под названием «Адмирал Фраст», впоследствии переименованный в «Серебряный удар». Кажется, тогда кто-то тоже долго уверял, что сие невозможно.

– Что такое «Стеклянный дождь»? – насторожился Монах. – Вам удалось выведать тайну?

– А то, – гордо сказал Сварог. – Раз плюнуть… Пойдем, сами все увидите.

Дверь из подземелья в цех была чуть приоткрыта – мол, заходите, люди добрые, однако по ту сторону истуканами застыли двое охранников. Сирена надрывалась не переставая, и вертухаи были сама бдительность. Сварог почесал плешивый затылок Ирви-Лонга. Поморщился.

– Ну? – шепотом спросил Рошаль. – И как вы собираетесь проникнуть в машину?

– Лучше спросите, как я собираюсь подобраться к машине. Ответ: понятия не имею.

Нацепить, что ли, на себя невидимость? Так ведь, во-первых, кругом подавители магии, а во-вторых, наверняка и датчики кругом стоят…

Из-за двери доносились цеховые звуки работы, которая не прекратилась и когда взвыла тревога.

– Я, вестимо, знаю, – вдруг сказал Монах и показал на красный щиток под лестницей. Сварог подошел поближе: то была пожарная сигнализация.

– Единожды у нас в охранном приказе, в околотке, один тать так же ноги сделал. Пожарную сирену врубил и, пока носились аки ошпаренные, через окно драпу дал…