И как всегда твой утомленный ум Задержит исполненье новых дум. Когда б ни оказался ты в толпе, Я все равно не удивлюсь тебе. Пусть говорит Усталый Человек. Чего мне ждать от этаких калек. Опять пойдут неловкие стихи, Чуть-чуть литературщины, тоски. Когда-нибудь коснешься тех же мук, И городских элегий новый звук Опять взлетит. Ну вот и цель и хлеб: К своим шагам примеривать их цепь, К свой судьбе и поперек и вдоль У всех у них одна и та же боль.

ГОРОДСКАЯ ЭЛЕГИЯ (романс Усталого Человека)

Осенний сумрак листья шевелит И новыми газетами белеет, И цинковыми урнами сереет, И облаком над городом царит И на мосту троллейбус тарахтит, Вдали река прерывисто светлеет,

И аленький комок в тебе болеет И маленькими залпами палит. И снова наступает забытье, И льется свет от лампы до бумаги, Глядят в окно на странное житье Пугающие уличные знаки. Комком бумажным катится твой век Вдоль подворотен, вдоль по диабазу И в закоулках пропадает сразу. А ты смотри, ты все смотри наверх.

Хоть что-нибудь увидишь в небесах, За новыми заметишь облаками ... Как страшно обнаружить на часах Всю жизнь свою с разжатыми руками И вот понять: она - нам забытье, Что не прожив ее четвертой части, И вовсе отказаться от нее.

13

(комментарий)

Читатель мой, куда ты запропал. Ты пару монологов переспал, Теперь ты посвежел, сидишь, остришь, А вечером за преф или за бридж, От нового романса улизнешь, Конечно, если раньше не заснешь. Так, видимо, угоднее судьбе, О чем же говорю я, о себе? Пожалуй, нет. Привычно говорю, Ведь я и сам немногое дарю, Привычно хлопочу: читатель где! И кажется читаю в пустоте.

Горюй, горюй, попробуем сберечь Всех персонажей сбивчивую речь, Что легче, чем сулить и обещать, Чем автора с героями смешать, Чем вздрагивая, хныкая, сопя, В других искать и находить себя. Горюй, горюй, сквозь наши времена Плывут и проплывают имена Других людей, которых нам не знать, Которым суждено нас обогнать Хотя бы потому, что и для нас Трудней любить все больше каждый раз.

Итак, за сценой нарастает джаз, И красные софиты в три луча Выносят к рампе песню скрипача.

14

РОМАНС СКРИПАЧА

Тогда, когда любовей с нами нет, Тогда, когда от холода горбат, Достань из чемодана пистолет, Достань и волоки его в ломбард.

Купи на эти деньги патефон И где-нибудь на свете потанцуй, (В затылке нарастает перезвон) Ах, ручку патефона поцелуй.

Па - - слушайте совета скрипача, Как следует стреляться сгоряча: Не в голову, а около плеча!

Живите только плача и крича! На блюдечке я сердце понесу И где-нибудь оставлю во дворе. Друзья, ах догадайтесь по лицу, Что сердце не отыщется в дыре,

Про

деланной на розовой груди, И только патефоны впереди, И только струны - струны, провода, И только в горле красная вода.

15

(комментарий)

Он отнимает скрипку от плеча. Друзья, благодарите скрипача. Так завернем в бумажку пятаки И - в форточку. И взмах его руки На дне двора беспомощно мелькнет, Он медленно наклонится, вздохнет И, растянув в полуулыбке рот, Упавшие монетки подберет.

Вот вспоминай года после войны. По всем дворам скитаются они, И музыка ползет вдоль темных стен То дважды в день, а то и трижды в день. Свистят, свистят весь день смычки калек, Как будто наступает новый век. Сплошное пенье, скрипки, кутерьма, И струнами опутаны дома, И все смычки военные свистят, И пятаки по воздуху летят. Как учит нас столетье выбирать Тот возраст, где удачней умирать, Где целый дом роняет из окна, Тот возраст, где кончается война, Тот возраст, где ты шествовал меж пуль.

И голову просовываешь в нуль, Просовываешь новую тоску В нуль с хвостиком, а хвостик - к потолку.

Но где они, куда они ушли? И где твои слова их не нашли? Ведь это все звучало не вчера, И, слыша только со двора, Сквозь эти дни все рушится вода. К каким делам мы перешли тогда? Была ли это правда или ложь, Теперь наверняка не разберешь, Но кто-то был правдив, а кто-то лжив, Но кто-то застрелился, кто-то жив, А кто играет до сих пор в кино, Но остальные умерли давно. Но был другой - таким и нужно быть Кто ухитрился обо всем забыть, Своей игрой столовые пленяв.

Живи, живи, мы встретимся на днях.

Живи в послевоенных городах, Играй в столовых, вечером - в садах, Играй, играй провинциальный вальс И мальчикам подмигивай - для вас Твой день пройдет, мелькнет, как легкий тур Среди смычков, огней, клавиатур, Провинциальный клен прошелестит, И женщина знакомая простит, И бог простит бездумный краткий век Военных и заслуженных калек, И ты уйдешь, не задолжав за хлеб, Но искус у окна преодолев...

И продолжать осмеливаюсь я. Вперед, моя громоздкая ладья, Читатель мой, медлительность прости, Мне одному приходится грести.

Вот Арлекин в проулок повернул, А Лжец Поэту ловко подмигнул И за руку схватил, повлек в проход, За ними увязался Дон-Кихот. И вот они уже у входа в бар. Усталый Человек на тротуар Бессильно опустился и заснул, А дождь все лил, и разносился гул Дневных забот. Скрипач висел в петле.

А мы поговорим о Короле.

17

БАЛЛАДА О КОРОЛЕ

Жил-был Король, жил-был Король, Он храбрый был, как лев. Жил-был Король, жил-был Король, Король без Королев. Он, кроме хлеба, ничего Не ел, не пил вина, Одна отрада у него Была: война, война.