Адесса отпустила рукояти тележки и повернулась к тонувшей в тени окровавленной фигуре.

— Айвен возил на этой тележке разделанное мясо для своих питомцев. — Она улыбнулась, забавляясь ситуацией. — Мне она показалась вполне подходящей.

Андре взял Натана за запястье и притянул ближе.

— Подойди, ты должен это видеть! Какая прекрасная возможность, ммм?

Натан с тревогой опустил взгляд на неподвижное тело укротителя. Коричневая кожа его безрукавки была исполосована когтями. Ему перегрызли позвоночник, оторвали огромный кусок плоти от плеча и ободрали ребра. Три пумы выпотрошили хозяина, и его блестящие кишки валялись на дне телеги. Бородатое лицо Айвена было искажено гримасой, губы скривились, обнажая зубы, будто он собирался завопить. Распахнутые глаза неподвижно смотрели в небо.

— Ты везунчик, Натан. Если б я не оказался здесь… — Андре указал на разорванный живот мужчины.

Айвен походил на неумело выпотрошенную рыбу.

— Я не чувствую себя до ужаса счастливым, — произнес Натан.

— Ох, но ты должен, ммм? Песчаные пумы нанесли страшные раны, но грудная клетка защитила сердце. Орган невредим — а именно он тебе и нужен.

Никки не испытывала печали из-за кровавой и мучительной кончины этого человека.

— Он заслужил то, что с ним сделали. Теперь Айвен мертв, как и его кошки.

Она осмотрелась. Рабочие с тележками убирали последствия кровавой бойни, оттаскивая трупы животных и людей. Городские стражники выдергивали из тел арбалетные болты, собираясь отмыть их и вернуть в оружейное хранилище. Появились понурые рабы с ведрами и жесткими щетками и, опустившись на колени, принялись соскребать с мостовой кровь.

— Он не мертв, колдунья, — возразил Андре. — Я добрался до него как раз вовремя. Он был близок к смерти, погрузившись в агонию и теряя жизнь с каждой каплей крови. Сердцу оставалась всего пара ударов, но я пустил в ход заклинание и не дал ему умереть. Я остановил время для тела, так что он переживет этот последний бесконечный миг боли, находясь на самом пороге смерти. Уверен, он отчаянно желает, чтобы все закончилось и он проскользнул через завесу в подземный мир. Но есть ли лучший способ вспомнить, что ты жив, ммм?

— Я могу придумать множество достойных вариантов, — сказала Никки.

Натан измученно покачал головой, пытаясь осознать ситуацию. Он едва мог дышать воздухом, в котором металлическим туманом парил удушающий запах крови.

— Как уже сказал, Натан, скоро я буду называть тебя «волшебник Натан», ха-ха! — Повелитель плоти наклонился и прикоснулся к истерзанному телу, пробежав пальцами по липкой крови, которая покрывала безрукавку. — Чтобы восстановить дар, нужно сердце волшебника. Айвен — могущественный волшебник, и, как видишь, сердце ему больше ни к чему. Я намерен отдать его тебе.

Сердце Натана пропустило удар, словно сочувствовало Айвену.

— Принять его сердце? Ты имеешь в виду… в буквальном смысле?

— Разумеется, друг мой! Ты думаешь, я говорил о некоем эзотерическом желании? Я повелитель плоти. Ты был в моей студии и видел, что я работаю с живыми телами, как скульптор с глиной.

Натан вздрогнул, отступив на шаг от тележки и ее кровавого груза. Он с кристальной четкостью вспомнил, как Андре создал двухголового бойца из тяжелораненых воинов.

— Добрые духи…

Андре не собирался отступать:

— Как уже сказал, это единственный способ восстановить твой дар. Я думал, этого ты и хочешь, ммм?

Натан пошатнулся, и Никки подхватила его за руку. Ее пальцы были подобны железным клещам. Она обратилась к повелителю плоти с явным вызовом в голосе:

— Это точно сработает?

— Нет никаких гарантий, колдунья. Мы говорим о магии, и существует… переменный фактор. Но я уверен. Я проводил эксперименты куда серьезней. — Он взглянул на тела чудовищных животных, которые оттаскивали прочь. — Признаю, у меня переменные успехи, но я художник. — Он погладил окровавленными руками туго заплетенную бороду, оставив красные полосы на блеклых усах. Его глаза сверлили колебавшегося Натана. — Разве не за этим ты пришел в Ильдакар? Разве не ты стоял пред палатой волшебников, умоляя помочь вернуть дар? Вот мы и помогаем. — Он показал на разорванное тело.

Проблеск агонии на лице Айвена оставался неизменным. Белки его расширенных от боли глаз покраснели. Натан мог только представить, какие мучения испытывал главный укротитель — бесконечно и непрестанно. Возможно, не меньше боли он причинил животным, которые напали на него.

Тяжело сглотнув, Натан ощутил частое биение своего сердца — сердца, утратившего хань и сделавшего его бессильным. Да, он читал слова, которые Рэд написала в его книге жизни. Из Кол Адаира он узрел то, что нужно ему для обретения целостности — увидел этот поразительный город вдалеке. Ильдакар.

Волшебники Ильдакара слыли самыми могущественными и одаренными за всю историю.

Именно поэтому он и его спутники пришли сюда. Он умолял найти решение. Как часто он требовал, чтобы Андре придумал что-нибудь? И если это единственный способ вернуть дар, единственный способ вновь стать могущественным волшебником, то Натан должен решиться, чтобы потом помочь Никки, Бэннону… и даже Зерцалоликому. Может, такова судьба? Если он вновь обретет дар, они смогут превратить Ильдакар в чудесное место, каким он и должен быть. Ричард отправил их в путь распространять дело свободы и помогать строить золотой век для новой расширившейся Д'Харианской империи.