Натан поджал губы, стиснул зубы и застонал. Он призывал все до последней капли, отказываясь думать о случаях, когда магия рикошетила и ее результат был ужасающим. Он сделал еще шаг, когда Иксакс остановился, ощутив вибрацию и напряжение в воздухе. Воин поднял закованные в броню кулаки, будто собирался сокрушить мир.

Натан напрягся и закричал. Он взял весь дар и пропустил его через сильное, мощное… и темное сердце главного укротителя Айвена.

Он ощутил, как внутри него что-то надорвалось, и тут последние скрепы его магии исчезли. Дар вырвался, как лава из извергающегося вулкана, и Натан высвободил свою магию. Всю магию.

Гигантская волна несокрушимой силы ударила в воина Иксакс и заставила его отшатнуться. Титан поднял руки, напрягся и с трудом сделал шаг вперед. Но магия взорвалась очищающим огнем, и пролилась на доспехи, защищавшие его тело.

Натан продолжал атаку, а лавина магии раздирала доспехи воина, обнажая искаженную каменистую кожу жуткого создания, растворяя ее… отслаивая плоть, чтобы распустить жгуты мускулов, сдирая мясо и добираясь до усиленных костей.

Шлем разломался на куски, обнажив лицо воина Иксакс со светящимися глазами, выражение которых сменилось с гнева на боль и рассеянное удивление. Тело, ранее принадлежавшее человеку и подвергнутое ужасным мучениям, разрушалось под натиском дара Натана.

Бурный поток магии разорвал беспощадного титана на кусочки, обратив его плоть в прах, оставив только кошмарное воспоминание и дрожащее рычание, которое утихало в ночи, словно вздох облегчения.

После этого Натан рухнул на мостовую, и его свободное белое одеяние разметалось по земле. Эльза подбежала к нему, опустилась на колени и бережно схватила за плечи.

— Натан!

Крайне опустошенный, он взглянул на нее, моргая лазурными глазами. Хотя его голос был слаб, Натан сумел произнести:

— Это было довольно впечатляюще.

— Ты уничтожил его! — сказала Эльза. — Натан, ты уничтожил воина Иксакс и спас город.

— Я просто выполнил свою часть. Но, думаю, можно признать, что моя магия вернулась.

Эльза рассмеялась и смахнула с глаз слезы. Натан хотел отдохнуть, просто лечь и спать еще неделю, но знал, что не может. Волшебник с трудом поднялся, опираясь на Эльзу.

— Увы, сегодня еще много работы. Город нужно спасать.

Тук-тук. Тук-тук.

Он коснулся своей груди, чувствуя, как учащается сердцебиение. Теперь он был силен. Он вернулся!

Натан чувствовал тень внутри себя, намек на мрачное присутствие, смешанное с чистым сиянием его дара, но он должен был принять это. Частица главного укротителя Айвена навсегда останется в нем.

— Пойдем со мной, — сказал он Эльзе, которая помогала ему устоять. — Ты ведь поможешь? — Натан не был уверен, куда нужно идти. Когда вокруг собралась толпа, желавшая поглазеть на развалины особняка и обломки воина Иксакс, колдунья и волшебник побрели прочь. — Пойдем узнаем, что там насчет других проблем, ладно?

Это должна была быть ночь волнения и предвкушения.

Словно воин, облачающийся в доспехи перед битвой за будущее Ильдакара, Тора отправилась в башню властителей, чтобы сделать последние приготовления. Но, выслушав первые донесения о беспорядках, она почувствовала, что на ее любимый город опустилось безумие, которое столь же непроницаемо, как саван вечности.

На улицах бесчинствовали свирепые животные, обученные убивать на арене. Теперь они преследовали дворян, торговцев и даже представителей низших сословий, которые попадались им на пути. Воины арены, выпущенные из клеток, теперь сражались бок о бок с чернью и уже убили много городских стражников. Пролито слишком много крови… причем впустую, хотя свежую кровь можно использовать с большой пользой.

Такие опрометчивые бунты были направлены против самих основ ее прекрасного, совершенного города. Зерцалоликий и его вероломные мятежники не заслуживают жить в Ильдакаре! Разъяренная Тора хотела использовать свою магию, чтобы превратить их всех в камень — медленно, позволяя прочувствовать, как застывают их мышцы, кристаллизуются кости, цепенеет разум.

Но она не могла просто истребить их всех. Если саван устоит, город не сможет получить новых рабов, а на их воспроизведение потребуется время. Она нуждалась в них и ненавидела. Тем не менее, властительница должна сокрушить их дух, уничтожить предводителей и сломить доверчивых мятежников, чтобы они не пытались вновь совершить такую глупость.

Все еще не привыкший руководить городской стражей верховный капитан Стюарт, пришедший на смену Эйвери, устало вошел в пустой зал и преклонил колено в знак уважения. Его красное лицо было мокрым от пота, а движения резкими.

— Я могу дать лишь грубый отчет, властительница: бои все не стихают, но мои стражники принимают меры. Я узнаю больше после того, как мы подавим очаги и справимся с волнениями.

Он нервно оглядел высокие окна. Мерцающие огни города казались оранжевей обычного — признак распространения пожаров.