Девушка помолчала. Потом устало кивнула.

— Однако ты веришь, что мы добудем эльфийский камень, потому что так сказал твой отец.

— Да.

— Ты знаешь, для того чтобы добыть талисман, потребуются магические силы. Никакие речи, никакой дар убеждения не заставят Уль Бэка сдаться. Однако ты знала, что должна попытаться.

Во взгляде девушки отразилось отчаяние:

— Я боюсь…

Уолкер наклонился к ней:

— Чего? Ответь мне.

В дверях появился Морган Ли. Он остановился, заметив, как Уолкер отошел от Оживляющей.

— Никого, — сказал он. — Никаких следов Хорнера. На улице уже совсем стемнело, Скребок, должно быть, давно вышел на охоту. Придется отложить поиски до завтра.

Юноша подошел к Оживляющей и тихо спросил:

— Что-нибудь случилось?

— Нет, — ответила она.

— Да, — сказал Уолкер.

Морган уставился на них:

— Как вас понимать?

Уолкер почувствовал, что тени комнаты сомкнулись вокруг него, тьма сгустилась. Они стояли лицом к лицу, разделенные пустотой: горец, Темный Родич и девушка. Казалось, вот сейчас они наконец добрались до долгожданного перекрестка и нужно выбрать путь, принять решение.

— Король Камня… — шепотом начала Оживляющая.

— Мы возвращаемся за Черным эльфийским камнем, — закончил Уолкер Бо.

Пи Элл и Хорнер Диз поджидали Скребка, расположившись на втором этаже дома, напротив его логова. Они находились там уже давно и, осмотрительно устроившись в тени, терпеливо выжидали, как опытные охотники. Дождь прекратился, было сыро и тихо. Призрачные испарения поднимались над каменными улицами, извивались, как змеи, языками тянулись кверху. Откуда-то из земных недр доносился отдаленный рокот, свидетельствовавший о пробуждении Гринта.

Пи Элл думал о прошлом. Странно, но он уже не помнил своих жертв. Сначала он их считал из интереса, потом по привычке, но в конце концов количество их настолько увеличилось, что он просто сбился со счета. Их лица постепенно стали сливаться, а потом и вовсе исчезли. Теперь Пи Эллу казалось, что он отчетливо помнит только первого и последнего.

И это смутило Пи Элла. Уж не теряет ли он интерес к своей работе?

Всматриваясь в темноту, он вдруг почувствовал, как неведомая доселе усталость наваливается на него. Вместе с усталостью нарастало раздражение, и, чтобы отогнать их, Пи Элл пообещал себе, что, когда он убьет девушку, все пойдет совсем по-другому. Он спокойно сможет забыть лица всех этих людишек: однорукого, горца, песельника и старого следопыта. Но он никогда не забудет Оживляющую. Убить ее — это дело чести. Даже сейчас Пи Элл представлял себе девушку так ясно, как будто она сидела рядом: плавные линии ее тела, точеная фигурка, грациозный наклон головы во время разговора, ее глаза, приковывающие к себе собеседника. Конечно же, Оживляющая — самое дивное создание на свете, способное каким-то непостижимым образом очаровать всех и каждого. В ней воплотилась магия Короля Серебряной реки, оттого-то она кажется древней, как истоки самой жизни. Пи Элл мечтал вкусить этой магии, убив девушку; он полагал, что ему это удастся. Едва он нанесет удар, Оживляющая сольется с ним, будет жить в нем и, в отличие от других, никогда не даст забыть о себе.

Хорнер Диз тихо зашевелился рядом, разминая онемевшие ноги. Все еще погруженный в свои сокровенные мысли, Пи Элл не оглянулся. Он не сводил взгляда с потайного хода на противоположной стороне улицы. Мрак, обволакивающий все вокруг, был неподвижен и нем.

«Что произойдет, когда он вонзит острие Стихла в тело девушки? — размышлял Пи Элл. Что он увидит в этих бездонных черных глазах? Что почувствует?» Предвкушение долгожданной минуты жгло его огнем. Уже давно он не думал о том, что девушку предстоит убить, он выжидал, позволяя событиям идти своим чередом. Другого выхода у него не было, если он хотел добыть Черный эльфийский камень. Но час уже близок. Как только он войдет в логово Скребка, отыщет убежище Короля Камня и возьмет в руки Черный эльфийский камень, он избавится от Хорнера Диза, и…

Пи Элл резко выпрямился.

Несмотря на то что был готов ко всему, убийца вздрогнул: напротив поднялась каменная плита, и появился Скребок. Его темное тело слегка поблескивало: отблески звездного света, пробившиеся сквозь пелену облаков, отражались в обшивке брони. Чудовище выползло наружу и на миг замерло, будто что-то встревожило его. Усики настороженно поднялись и зашевелились, хвост изогнулся хлыстом и щелкнул. Охотники отступили подальше в тень. Скребок не двигался, затем, очевидно, успокоившись, подался назад и потянул на себя плиту. Каменная плита беззвучно встала на место. Зверь повернулся и удалился во мрак, царапая камень.

Пи Элл выждал. Убедившись, что паук ушел, он подал знак Хорнеру Дизу. Они вышли на улицу, остановились напротив логова Скребка. Диз достал веревку с крюком на конце и метнул ее вверх, стараясь зацепить за каменный выступ над потайным входом. Крюк держался прочно, и Диз, кивнув Пи Эллу, передал ему конец веревки. Тот стал легко взбираться по ней, ловко перебирая ногами, быстро добрался до защелки и отодвинул ее. Входная плита начала подниматься. Пи Элл быстро соскользнул вниз.

Они осторожно приблизились к логову. Слабый, тусклый свет проникал сквозь верхние окна здания, просачивался бледными полосами сквозь дыры в обвалившемся полу. Изнутри не доносилось ни звука. Пи Элл повернулся к Дизу.

— Следи за улицей, — прошептал он. — Свистни, если что не так.

Он скользнул в темноту, слившись с нею, словно сам был тенью, и тотчас же почувствовал себя как дома — под сенью мрака он обретал уверенность, глаза и уши мгновенно привыкали к обстановке. Стены здания, высокие и темные, были истерты временем; кое-где дождь просачивался сквозь известь и стекал по камню. Пи Элл медленно крался, выбирая дорогу, осмотрительно выжидая, не покажется ли кто.

Здание казалось пустым.

Что-то хрустнуло под ногой. Пи Элл вздрогнул и нагнулся: на полу валялись груды костей — останки тех, кого Скребок выловил во время ночных обходов и сожрал в своей берлоге.