Наверно, это было жестоко, но они не развлекаться плыли, поэтому О,Так, хотел выявить таким образом слабое звено в их команде и сделать его сильным, во что бы то ни стало, что было разумно!

Первым на снаряде, оказался естественно я. Вышвырнув безжалостно меня за борт корабля, все наблюдали за мной подбадривая меня дикими возгласами, пока, я выныривал на поверхность. Вынырнув, я отплёвываясь от солёной воды попавшей мне в рот, мощными гребками, всех четырёх лап, устремился вслед за судном, которое спустив все паруса, на одной из мачт, неспешно отплывало от меня.

Мои обретённые жабры, здорово помогали мне, помогая увеличивать темп и скорость. Но пенный, хоть и слабый след, оставляемый мной на поверхности воды, неизбежно, привлёк ко мне морских хищников, которые приметив добычу, со всех сторон устремились за мной.

Увидев, с корабля, что я привлёк к себе хищников, мне скинули старый панцирь, от дохлой черепахи, который отвратительно вонял, что больно било, как по моему обонянию, так и по самолюбию.

Забравшись на него, я со страхом и азартом, стал всматриваться в мощные двойные треугольные плавники, что приближались ко мне со всех сторон. Вдобавок ко всеобщему счастью, со дна океана, становясь, всё более и более видным, поднимался, неизвестный мне морской гад.

Отчего, я не сдержавшись, смачно плюнул в воду и грубо выругался по его поводу, что изрядно подняло градус веселья, царивший на корабле, по такому случаю. Все яростно кричали и стали делать ставки на меня. Выживу я, или нет и сколько продержусь один и без помощи.

Посмотрев на корабль, я что-то не увидел, чтобы там все схватились за арбалеты или приготовились бить, морского зверя своими боевыми навыками.

— Сволочи! — выразил я, своё мнение о них, кратко и ёмко, и приготовился сражаться.

Эмоции в этом деле, только мешали, что толку ненавидеть зверей, если это было проявление их же звериной жестокости. Просто надо было быть их сильней и всё и заставить с собой считаться.

Разозлившись и схватившись всеми лапами за убогий панцирь, я вместе с ним скакал по волнам, как мячик, бросаемый волнами из сторону в сторону, а тут ещё канат, привязанный к корпусу корабля, то натягивался, то наоборот провисал, заставляя панцирь, крутиться вокруг своей оси, отчего меня стало ощутимо подташнивать.

Но все эти чувства и мысли, напрочь вылетели из моей головы, когда я увидел, рожу морского гада, что первым успел выплыть и напасть на меня. От испуга, я чуть не добавил в океан, пару литров, своей отработанной жидкости и практически на автомате, стеганул, того молнией.

Гад, взвыл, точнее не взвыл, он же рыба, а резко дёрнулся от удара. В воде, никто электричества не любит и взмахнув щупальцем, не присосал меня, а сбил обратно в воду.

Но я, как будто бы и не падал. Вот я в воде, а в следующее мгновение, снова на борту скорлупы, по недоразумению, называемой панцирем, и снова ударил молнией, но уже со всей силой. Монстр, посчитал, что я невкусный и капнем упал в глубину, ещё не до конца пришедший в себя и частично парализованный.

Легендарной шпаги, у меня не было с собой и прироста маны соответственно тоже, вот и приходилось работать с тем, что у меня было, а свой запас, я уже израсходовал. Одно радовало, что остальные хищники, увидев, резкое бегство обитателя глубин, тоже засомневались, а стоит ли лезть, или лучше поискать, более спокойную добычу.

Тем более, спокойная, это не значит, что невкусная, но победила, как обыччно — жадность. Поплавав, вокруг меня, несколько минут и тщательно изучив мою волосатую тушку, они решили, что бояться на самом деле нечего и можно смело приступать к трапезе.

За это время, я успел, частично восстановить, свой запас маны и сразу нанёс свой удар по наиболее наглому, щёлкнув ему разрядом по-носу. От неожиданности, тот резко нырнул и наверное наглотался воды, забыв, как дышать жабрами.

Его место, тут же занял следующий, и разинув пасть ринулся на меня. Хотелось, туда плюнуть, но я воздержался, не став отвлекаться на бесполезные действия и ударил туда молнией. Заодно позлорадствовал, когда его парализованная челюсть, стала быстро набирать воды, с которой не справлялись его жабры и мощным потоком проникла в его желудок. А ведь на её месте, должен был быть — Я!

Третий, не обращая внимания, на бедствия остальных, попытался дружески шлёпнуть меня хвостом, от удара которого, я с трудом увернулся, не то бы уже барахтался в воде, со страхом ожидая, какой части тела я лишусь раньше. По моему скромному мнению, лучше сразу лишиться было головы, чтобы потом не мучиться, чем лап и хвоста. Мой большой родной мне, пушистый хвост, покрытый густым подшерстком, что грел мой нос в холодные ночи.

Вот я и крутился, на этом куске дерьма, что скинули мне привязанным к канату и пытался воевать. Пришлось активировать моё кольцо-амулет. Восстановив ману, я с ненавистью, врезал молнией по хвосту хищника, который не ожидал этого, парализовав его.