– Требуют своего спасителя, – Пётр Викентьевич развёл руками. – Но я так понимаю, что не для скандала. Вонг У – новый наместник императора, и то что мы бы назвали судебным исполнителем в одном лице. Занимается местными бандитами и казнокрадами. Так что мы можно сказать отличились. Он уже составил петицию императору, и обещал, что о геройстве Николая будет сообщено нашему царю. Так что, давайте, Николай. Идите, и достойно там представьте русского человека.

– Михалыч?

– А что Михалыч, – Спросил Александр ворчливо, и вытерев губы, встал из-за стола. – Пойдём разгребать.

Делегация, разместившаяся на полубаке, была внушительной. Только носильщиков было человек десять. Спасённый ночью старик полулежал на расшитых шёлковых подушках, и неторопливо попивал чай из пиалы тончайшего словно стекло фарфора.

– А… мой друг. – Завидев Николая он приветливо взмахнул рукой, и тут же перед ним на палубу поставили раскладной стульчик и положили подушку. – Я решил сам нанести визит, так как подумал, что официальное приглашение может смутить капитана сего достойного корабля. Отношения между нашими странами далеки от совершенства, и тем ценнее ваш поступок, осенённый духом Хатимана. Вы дрались словно горный барс, не дав санзоку14 ни единого шанса. И поскольку спрашивать вас о награде было бы бестактным, я позволил себе самому определить рамки своей благодарности. – Он подал опустевшую чашку, и служанка в цветастом кимоно сразу же убрала её, а высокий широкоплечий мужчина подал длинный продолговатый футляр чёрного дерева.

– Меч великого Масамунэ, испивший кровь тысяч врагов будет достойным даром воину. – Слуга склонился перед Николаем на колени и раскрыл футляр.

– Великий дар. – Николай встал, достал меч из коробки и вытянув клинок из ножен на ширину ладони полюбовался узором. – Смогу ли я быть достойным легендарного меча?

– Его зовут Фарукон – Сокол. – Старик улыбнулся и не оборачиваясь сделал жест рукой и вперёд вышел коренастый невысокий мужчина в чёрном кимоно. – Фудзивара Като будет вашим наставником, и отвечает головой за то, чтобы вы стали мастером достойным легенды. Желаю вам удачи, и благосклонности Хатимана. – Ещё один жест, и слуги, мгновенно подняв носилки, в резвом темпе покинули палубу «Петроград», увлекая за собой всю свиту.

Через тридцать секунд перед ошарашенным Николаем остался лишь самурай в чёрном кимоно, и меч в руках.

– Что это было? – Николай повернулся в сторону Михалыча, но тот лишь покачал головой.

– Другая культура.

– А с самураем этим что делать? Отослать на берег?

– Нельзя меня отсылать. – Произнёс Като по-ниххонски и поклонился. – Если хозяин не хочет меня видеть, мне предписано сделать сэппуку.

– Вот твою жешь мать. – Николай глубоко вздохнул, сбрасывая гнев, и с надеждой взглянул на наставника. – Что делать–то будем?

– А что делать. – Александр пожал плечами. – Негоже человека под самоубийство подводить. Грех великий. Так что придётся тащить его с собой, пока господин сей не решит, что ты достаточно владеешь этой восточной саблей.

Свободных кают на пароходе было достаточно, и после переговоров с капитаном и стюардом, ниххонца поселили в конце коридора, буквально в десяти шагах от Александра и Николая. Багажа у него оказалось совсем немного. Два полотняных мешка, перевязанных верёвкой, и небольшой узелок с лямками словно у солдатского рюкзака.

Выбившийся из графика «Петроград» резво дымил по направлению к Владивостоку, а крайне серьёзный ниххонец принялся за обучение Николая, которое поначалу представляло собой простые упражнения на растяжку, и координацию движений. Александр посмотрев на тренировки удостоверился, что никакого вреда они не несут, и сам частенько присоединялся к занятиям на корме.

В вещах Като нашлась даже парочка боккенов, и изнывающий от скуки Александр предложил Като учебную схватку, чтобы выяснить чьё умение выше.

Дробный перестук сталкивающихся палок быстро привлёк внимание пассажиров и свободных от вахты моряков, и уже через несколько минут, надстройки и палуба была забита народом, живо комментирующим ход поединка.

Привыкший к навершию на шашке и одноручному бою, Александр сначала проигрывал, ниххонцу, наносившему резкие и очень сильные удары, но быстро сориентировался, и выправил положение, а потом начал сам гонять Като.

Ко всеобщему удовольствию бой закончился безусловной победой Александра, и публика разошлась живо обсуждая преимущества той или иной школы фехтования, а сами фехтовальщики сели в укромном уголке, для обстоятельной беседы.

Русский язык самурай знал неважно, но благодаря тому, что Александр немного знал ниххонский, и оба они неплохо знали испанский, разговор, проходивший на жуткой смеси ниххонского, русского и испанского языка был достаточно информативен.

Като уже понял, что как преподаватель боя на мечах он практически не нужен, и полагал, что после формального экзамена Николая, он сможет вернуться к себе домой, но осторожно прощупывал необходимость в получении воспитанником Александра других знаний.