Он несся по залам здания участка, тяжело дыша, пока не добрался до медблока.

— Нам надо убираться, — задыхаясь, произнес он, когда ворвался внутрь.

А затем нахмурился, полностью осмыслив происходящее.

— Где Харата?

Маклер бросила взгляд на оружие, а затем снова посмотрела на Моргравию.

— Мне это не нужно, чтобы тебя убить, — сказала она.

Моргравия уже успела понять, что защита Маклера не ограничивается слугами, которыми та себя окружила. Как она предполагала, что–то в аугметике. Гаптическое оружие. Имплантаты в пальцах.

— Так ты здесь поэтому?

— У меня есть на это полное право.

— О? И как ж ты пришла к такому выводу?

— Он умер.

— Мы все умираем. Ну, — поправилась инквизитор, — большинство из нас. Тебе надо выражаться конкретнее.

Оружие заработало — кончики пальцев правой руки Маклера засияли теплым светом. Моргравия спровоцировала ее, желая знать, с чем имеет дело.

— Не паясничай, инквизитор, — предупредила Маклер. Ее голос помрачнел, приобретя эмоциональность. — Это тебе не к лицу.

— Это верно, — уступила Моргравия. — Хотя ты и не знаешь, что он умер.

— Знаю.

Моргравия оставила и это без комментариев.

— Ты не так холодна, как кажется снаружи, да? — произнесла она. Это бы вывод, не вопрос. — Но хорошо это скрываешь. Управление голосом, чтобы убрать тональность, модуляцию.

— Так ты теперь изучаешь меня?

— Еще нет. Однако предупреждаю…

— Ты предупреждаешь меня? — от вспышки злости на гаптических имплантатах Маклера затрещали искры, словно она поймала пальцами молнию.

— Я предупреждаю тебя, — повторила Моргравия со всей уверенностью и силой, какие только позволяли ее жесткая выучка и индоктринация. Возможно, ее память и была нарушена, однако инстинкты оставались прочно укоренившимися. Она забыла события, моменты, но не себя. — Не выйдет так, как ты хочешь. Вероятная гибель твоего сервитора прискорбна, но ее было не избежать.

— Он был не просто сервитором.

— Я так и думала. Раб-телохранитель?

— Друг. Уверена, это понятие чуждо тебе точно так же, как и тем монстрам, за которыми ты охотишься.

Моргравия почувствовала, что это кольнуло ее острее, чем она ожидала. Она действительно была одна. Враги изолировали ее, сделали уязвимой и лишили ее главного ресурса — разума. Кроме того, было весьма вероятно, что они нечто оставили после себя, но об этом она сейчас не могла волноваться.

— Я не ищу себе друга, — произнесла она. — Однако мне нужна твоя помощь. И судя по оружию и слугам, тебе нужна моя. От чего ты бежишь?

Свечение активированного гаптического оружия угасло, и Маклер позволила своим рукам опасть вниз.

— А от чего бежим все мы, как не от судьбы.

— Глубоко.

— Сарказм тебе тоже не идет.

— Он помогает в моей профессии, в верности которой я клялась.

Маклер молча разглядывала Моргравию. Напряжение спало, но еще не до конца рассеялось после стычки.

— Если ты здесь не для того, чтобы меня убить, то для чего?

Через несколько секунд Маклер ответила.

— Машины. Те, из–за которых он лишился жизни…

Моргравия посмотрела на нее с разочарованием.

— Ты уже второй человек, который приходит ко мне с теориями.

— О?

— Неважно. Давай дальше.

Маклер одарила ее проницательным взглядом, но продолжила:

— Я заключала много сделок, инквизитор. Доставала массу разнообразных предметов для множества клиентов. Список включает в себя и Механикус.

— Эти создания были не с красной планеты.

— Я и не говорила, что они с Марса.

— О чем же ты тогда говорила?

— Что ты расследовала?

— Я же говорила, моя память…

— Частичная ретроградная амнезия не мешает твоему интеллекту или дедуктивным способностям, инквизитор.

Моргравия невольно начинала проникаться симпатией к Маклеру, а это неизбежно означало, что у них действительно проблемы.

— Культ. Должно быть.

— Еретехи, — подтвердила Маклер. — Магосы-отступники, восстающие против ограничений Механикус в погоне за темными науками и запретными для изучения областями.