— Нет, спасибо.

Лизи посылает ему улыбку, говорящую что-то наподобие «всё хорошо» и первая заходит в дом. Я же задерживаюсь на несколько секунд, чтобы сказать несколько слов.

— Просто выслушай, никто не просит тебя целовать его в обе щеки и бросаться на шею. Каждый может ошибиться, ты тоже ошибался.

Оставляю Джареда одного, и искоса бросаю в его сторону взгляд перед тем, как зайти в дом. Пройдясь по волосам пятерней, он снова хмурится, и я решаюсь немного поднять его настроение.

— Тебе пора подстричься, иначе я ночью буду ложиться рядом, и плести тебе косички.

Уголки губ брата приподнимаются, и он показывает мне средний палец, над чем я смеюсь и окончательно оставляю его одного. Присоединюсь к Лизи на кухне, дав понять, что мы ушли не просто так, но дядя не дурак, он и сам понимает наш намёк. Спустя несколько минут, диван пустеет, и мы остаёмся вдвоём.

— Говори, что делать.

— Маринуй курицу, приправа рядом с тарелкой, — указывает она в правую сторону от меня.

Киваю и приступаю к заданию. Последующее время мы молчим, хотя у меня десятки вопросов к ней. Алекс сказала, что Лизи ничего не знает, но я не уверен, она просто не может не знать, они всегда всё друг другу рассказывают, это не может быть исключением. Я хочу знать мнение Лизи, которая обычно молчала, в то время как Джаред открыто прикалывался и называл меня идиотом, кстати, я где-то с ним солидарен. Телефон подаёт сигнал о новом сообщении, и я скорей тороплюсь проверить отправителя. Но когда смотрю на экран — разочарованно выдыхаю, потому что ответа от Алекс так и не поступило, всего лишь уведомление от Гарретта о завтрашней тренировке. Сую его обратно и опираюсь ладонями на столешницу.

— Тебе плохо? — обеспокоено щебечет Лизи.

— Дерьмовей некуда, — соглашаюсь я.

В карих глазах отражается полное понимание моего ответа, и я посылаю ей короткую, но полную грусти, улыбку. Как бы ни хотелось, Лизи мне не помощник, разве только слушатель. Она не убедит Алекс, как и кто-то другой.

— Как дела в команде? — улыбается Лизи, и я точно знаю, что она пытается вырвать меня из мрачных мыслей.

— Можно сказать отлично, как на работе?

— Я… хочу уволиться, только не говори Джареду.

Поворачиваюсь к ней полностью и вскидываю брови.

— Там всё печально?

— Не знаю, я просто хочу сменить род деятельности… но он не позволит.

— Почему?

— Он не пустит меня туда назад…

— Лиз, — выдыхаю я, — это хреновая идея, я бы тоже не пустил, да и не пущу. Может, взять альтернативу на другом канале? Ты пробовала?

— Нет. Честно говоря, я даже не думала об этом.

— Почему? У меня в квартире двести каналов, которые работают, ещё столько же платных. Просмотри варианты с открытыми вакансиями.

— Посмотрю после ужина, — улыбается Лизи, — только не говори Джареду.

— Я уже понял, — смеюсь я, — не скажу.

— Если получится, то скажу ему, когда получу должность.

— Только читай контракт, иначе поиграешь в висельницу с помощью рук Джареда.

— Это точно, — хихикает она.

Подставляю руки под струю воды и смываю масло, смесь и всё остальное, что вручала мне Лизи для маринада. В эту самую секунду, дверь распахивается и на порог влетает парочка счастливых лиц, вслед за которыми появляется не менее довольная Рейчел с мокрым пиджаком в руках.

— Мы стирались в фонтане, — смеясь, сообщает она.

— Мы купим новый, — с улыбкой, говорит Лизи, после чего переводит взгляд на Мэди и Мэйса: — бегом мыть руки, скоро будем кушать.

Что делает эта парочка? Визжа несётся не в ванную, а на задний двор. Сейчас Джаред и Питер будут их подданными, потому что качели уже предчувствуют свою работу. Я оказываюсь прав, когда через минуту слышу смех и улюлюканье, доносящееся с детской площадки.

— А где Алекс? — обращается Рейчел, заключив меня в свои объятия.

— Она…

— Сегодня допоздна, куча работы перед выходными, — помогает мне Лизи, за что я благодарно ей улыбаюсь.

— Хорошо, передавайте привет. Чем помочь?

— Уже всё готово, сейчас поставлю курицу и всё.

— Накрою на стол? — улыбается Рейчел.

— Да, — кивает Лизи.

— Во дворе?

— Да, зачем сидеть в четырёх стенах.

Я снова погружаюсь в помощь Лизи и Рейчел, успевая носить посуду и приборы, пока Рейчел раскладывает их по столу. Искоса смотрю на Джареда, он снова стал монстром для детей, которые приближаясь к нему в воздухе, начинают визжать и убирать ноги под себя, а Питер наблюдает за всем с улыбкой на губах. Даже если между ними не воцарился мир или он только начал зарождаться, я всё равно рад тому, что дядя видит то, каким отцом стал его сын. Переставляю себя на его место и тоже улыбаюсь. Когда-нибудь я тоже хочу видеть то, каким человеком станет мой сын или дочь. Никто из нас не думал, что он может измениться или вообще был с мозгами в голове, а не ветром.