Ладонь Эммы внезапно пропала, но на ее месте появилась другая рука. Крепче, грубее и горячее, чем у нее.

Ксандер. Удивительным образом это осознание пробилось сквозь скованный паникой мозг. Нужно отбросить его руку, отодвинуться, но казалось, что моя жизнь зависит только от него. Поэтому я продолжала сжимать эту спасительную ладонь.

— Все хорошо, Авалон, — прошептал он, — все Роялы трудно переносят перелеты. Это как-то связано с нашей связью с водой. Но ты справишься. Обещаю.

Впервые в его голосе не было агрессии. Звук его голоса успокаивал, окружал заботой. Я даже представила, что ему не все равно, что он делает это не просто, чтобы я не впала в истерику в самом начале шестичасового полета. Тепло окутало меня, и я поддалась ему. Потихоньку адреналин рассеялся, и голова слегка кружилась. Мы оторвались от земли, и самолет плавно поднимался. Неразборчивый шум тоже постепенно стихал. Тело расслабилось.

Дыхание выровнялось, и я уткнулась в мягкую рубашку Ксандера. О, этот знакомый, свежий, солоноватый запах океана… Ну почему ты пахнешь домом?

Из динамиков вновь раздался голос командира. Нам разрешили отстегнуть ремни и перемещаться по салону.

— Как она? — рядом прозвучал голос Чейза.

Ксандер плотнее прижал меня к себе. Я практически лежала на нем, но отодвигаться и не думала — мне нужен мой океан.

— Справляется потихоньку, — просто ответил Ксандер, — в ней, видимо, гораздо больше от Роялов, чем я ожидал. Обычно мы готовы к первому полету. Но я не думал, что для Авалон это окажется так же трудно.

— Видимо то, что ты рядом, облегчает ее страдания, — сказала Калли, — спасибо, что помогаешь ей.

Как приятно, что все они так заботятся обо мне. В их голосах не было ни намека на осуждение, лишь забота и обеспокоенность. И тут я осознала, что Ксандер, должно быть, ненавидит каждую секунду пребывания рядом со мной. Я уперлась руками в его мускулистую грудь, чтобы приподняться.

Но он не отпустил, даже когда я попыталась оттолкнуться сильнее.

— Побудь еще несколько минут, — возле самого моего уха раздался его голос, — лететь еще долго, а я знаю, что моя энергия поможет тебе лучше перенести стресс. Так что хватит бороться со мной.

Внезапно подступившие слезы зажгли глаза. Хорошо, что я все так же утыкалась лицом в его рубашку.

— Ну, а ты с самого начала воюешь со мной, — пробормотала я ему в грудь, — не хочу быть для тебя обузой.

Для папы с мамой я была обузой. И поэтому, в конце концов, они избавились от меня. После этого я пообещала себе, что никогда ни для кого не буду ношей.

Он немного помолчал, а когда заговорил, его голос прозвучал грубее обычного:

— Ты — не обуза. В другой жизни…

Он умолк. И, хоть так и подмывало узнать, что же он хотел сказать, я не стала пытать судьбу. Но и сопротивляться я тоже перестала. Где-то к середине полета мне полностью полегчало. Не говоря ни слова, Ксандер вернулся на свое место. Но я чувствовала на себе его взгляд.

Рядом со мной остановился мужчина средних лет.

— Желаете что-нибудь съесть или выпить? — он озвучил меню, а мой желудок заурчал в ответ.

Чтобы отвлечься я заказала несколько позиций и, когда стюарт удалился, взяла с подлокотника наушники. Нажала кнопку, и открылся внушительных размеров экран. Телевизор я смотрела очень редко, а уж когда в кино последний раз ходила, и вспомнить нельзя. Но кто знает, вдруг среди миллиона фильмов найдется что-нибудь интересненькое.

— О, вот это прикольный фильм, — сказала Эмма, бухнувшись в соседнее кресло и тоже надев наушники.

— Калли с Дэниелом и Майя с Чейзом в своих спальнях, — сказала она, — но мне что-то не хочется. Так что давай киношку посмотрим.

— О, давай! — радостно согласилась я. — Этот, говоришь?

Она гоготнула:

— Да-да, ремейк куда круче оригинала. Ржала, как лошадь!

Думаю, как раз то, что нужно.

Оставшиеся несколько часов мы смотрели кино и пожирали еду. Эмма, пожалуй, самый легкий человек, с которым я когда-либо общалась. Чуть позже к нам присоединилась и Майя. С ними обеими круто!

— А Калли точно справится? — почти физически я ощущала нехватку важного звена. — Она весь полет спит.

Несколько раз мы проверяли ее, и Дэниел уверял, что она просто спит. Но он выглядел взволнованным.

— Должны приземлиться минут через сорок, — ответил Лексен. Эмма удобно сидела на его коленях, он крепко обнимал ее. Оба выглядели вполне довольными. — До дома Империал она дотянет, даже не сомневайся.

— Мы готовимся к посадке, пожалуйста, займите свои места.

Все зашевелились. Я упала в свое огромное кресло. Только не думай о посадке, ведь это всяко легче взлета, да? Повеяло океаном, я повернула голову — Ксандер сел в соседнее кресло. Я ожидала угрызений совести или какого-нибудь стыда, но ничего подобного.