— Перережь себе глотку!

Он не был уверен, что другие мифические звери могли понять слова, которые выкрикивали вороны, но внимание найкура переключилось на них, поэтому Оуэн воспользовался шансом и начал двигаться по кольцам. Когда он переходил с кольца на кольцо, вороны бросались на найкуров и угрожающе каркали.

Найкур снова опустился в бассейн. Пока существо наблюдало за ним, он пробирался через ряд колец. Быстрый взгляд вниз показал ему, что его Берсеркеры были с близнецами, и они медленно продвигались вверх по горке, которая змеилась вниз к бассейну. Еще один из его Берсеркеров стоял на мостике, который тянулся вдоль всего здания.

Когда близнецы достигли верхней площадки горки, они взялись за руки, и дрожащим голосом Рейна пробормотала слова, которые Оуэн не мог понять. Через несколько мгновений в стене здания появилась трещина, и вода хлынула наружу.

Найкуры издали громкие протестующие крики и начали брыкаться, сопротивляясь напору воды. Она вспенилась, когда их копыта били по ней, но давление вырывающейся воды создало течение, которому было слишком трудно сопротивляться. Они двинулись к отверстию в стене.

Рейна прислонилась к брату и смотрела, как тела трех найкуров исчезают в воде. Невозможно было сказать, вернулись ли они туда, откуда пришли, или поток разнес их в разные стороны. В любом случае, они ушли.

Оуэн перелетел с того места, где он все еще висел на кольцах, к теперь уже пустому краю бассейна, поскользнувшись на плитке, когда приземлился, и порвал брюки. Кровь сделала его и без того мокрые джинсы темнее, но это был всего лишь порез. Он избежал переломов, и близнецы Фрейтаг были живы.

Берсеркуры помогли близнецам спуститься с горки, и через несколько мгновений они присоединились к остальной сбитой с толку толпе снаружи. Хугинн и Мунинн снова ушли. Он был благодарен и более чем удивлен, что они пришли ему на помощь. Его вороны не предназначались для участия в битвах. Они наблюдали. Они приносили ему знание.

— Я Один, — сказал он близнецам, когда они подошли к нему. — Нам пора уходить.

Рейна прищурилась.

— А почему именно тебе мы должны доверять?

— Возможно… — начал тихо Рей.

— Твоя подружка убила Болдуина, — Рейна перебила брата. — Когда Астрид появилась в доме Болдуина, она действительно привела с собой монстров. Теперь ты появляешься здесь, и появляются еще монстры?

— Астрид не со мной. Приходит незнакомка и лжет обо мне, а ты считаешь меня в ответе за все? Я пришел, чтобы помочь вам… Кроме того, Болдуин жив. Фенрир, Лори и Мэтью забрали его из Хель. — Оуэн взял рубашку у одного из Берсеркеров, разорвал ее и обернул вокруг пореза на ноге, как бинт. — Они нас ждут.

Рейна посмотрела на него.

— Так ты говоришь. Позволь мне повторить: почему мы должны доверять тебе?

Как бы Оуэн ни понимал ее сомнения, сегодня у него не хватило на это терпения.

— Твоя бабушка подарила тебе плащ из перьев, когда ты была маленькой, Фрейя. Теперь это работает.

Она открыла рот и закрыла его, не говоря ни слова.

— Ее зовут Рейна, — пробормотал Рей.

Оуэн кивнул. Иногда он забывал, что все они так и не привыкли, как он, думать о себе как о других личностях.

— Только Рей знает о плаще, — сказала Рейна.

На мгновение Оуэн увидел близнецов такими, какими они были: такими же детьми, как он, но также и детьми, которые боялись. Он тоже боялся, но научился скрывать это большую часть времени. У них не было времени на страх. Рагнарёк приближался.

— Как я уже сказал, Я — Один. Я — Всевидящий. — Он пожал плечами. — Мы должны забрать твой плащ, прежде чем присоединимся к остальным. Водитель вашего отца отвезет нас в Блэквелл, когда ты скажешь ему, что выиграла билеты на концерт группы, о которой он никогда не слышал. Если других потомков там нет, вы сможете развернуться и вернуться к борьбе с монстрами самостоятельно.

Близнецы обменялись взглядами, и Рейна кивнула.

— Но твои акробаты не пойдут с нами, — сказала Рейна.

— Знаю. Они встретят нас в лагере. — Оуэн улыбнулся. Теперь ему оставалось только надеяться, что остальные справятся с сюрпризом, ожидающим их в Сент-Агнес.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ: МЭТТ — МЬЕЛЛЬНИР

Мэтт оправился от удара и выбежал за дверь мавзолея. Ну, это было больше похоже на «беги, а затем протиснись в дверь как можно быстрее», но это была основная идея. Он не мог бороться с тем, чего не видел. Поэтому он выбрался оттуда, спотыкаясь на свет и моргая.