Шрифт:
– Хорошо. Я напишу, что мы будем.
Отправила сообщение и закрыла ноутбук. Постучала ногтями по столу. Что-то мне подсказывает, что этот день рождения будет «наперекосяк и сбоку бантик». Откуда такое ощущение - не знаю, но оно не отпускало меня до самого вечера.
Он обнимает меня, прижав к горячему телу. Жарко целует мои губы, проводит кончиком языка по их контуру, и я не сдерживаю стон. Я скучала по этим поцелуям, я жаждала их… Мне всё равно, что будет потом. Что будет со всеми нами. Я ощущаю лёгкость и эйфорию, удовольствие от ласк Вадима.
Позволяю ему всё. Его руки гладят моё тело, избавляют от одежды. Губы, колясь щетиной на лице, рисуют узоры на коже.
Как же приятно… Я таю в его руках, превращаясь в одно лишь слово - наслаждение. Только одна эмоция, мыслей нет. Ничего нет, только я и он. Только это тяжёлое дыхание двоих, стоны и возбуждённые тела.
Он дразнит меня, лаская меня прямо под трусиками, но пальцы не заводит внутрь, а мне уже хочется намного большего. Губы ласкают мои соски, и меня разрывает от кайфа и желания, чтобы он взял меня прямо сейчас. Хочу его горячий член в себе, почувствовать толчки, испытать этот кайф и разделить его с ним, вместе дойти до финала… Но он только дразнит…
– Возьми меня, - прошу уже я, не выдерживая это томление внизу живота.
Хочу, чтобы он уже снял это напряжение. Хочу его. Хочу секса с ним.
Он уже склонился надо мной, как вдруг меня кто-то затряс за плечи.
Резко распахнула глаза и выдохнула.
Ничего не могу понять. Я…спала? Это был сон? Про секс с Вадимом, где я просила его…взять меня? Кошмар какой…
Перевела взгляд на Виталика. Интересно знать, что я говорила и делала, что он аж разбудил меня.
– В чём дело?
– спросила хриплым со сна голосом.
И не только со сна. Я в самом деле была сейчас на грани возбуждения. Этот сон свёл меня с ума. Бельё мокрое, я чувствую. Тело пульсирует, требуя разрядки.
– Ты так стонала, что я сам поймал стояк и чуть не кончил, - сказал он и стал прижиматься ко мне.
Боже, я еще и стонала? Чёрт… Но я не хочу секса с Виталиком. Только не сейчас.
– Что тебе снилось? Рассказывай. Я?
– продолжал говорить Вет, целуя шею и ныряя рукой в мокрое бельё.
– Ого… Ты чего такая возбуждённая?
– Ничего, - ответила я.
– Во сне такое бывает. Извини, я в душ.
Убрала его руки от себя и встала с кровати.
– Ну какой душ, Алин? Я теперь секса хочу капец как. Ты меня завела своими стонами, а теперь убегаешь.
– Извини, не сейчас.
Закрылась в ванной, пытаясь прийти в себя. Штирлиц снова был на грани провала. А если бы я стонала имя Вадима во сне? Это был бы последний день моей жизни.
Я думала, всё осталось в прошлом. Но тогда откуда этот сон?
Во сне я была такая…раскрепощённая. Я в принципе себя ни с кем так не вела, в постели я довольно скромно себя веду, а тут сама просила меня трахнуть.
С ума сошла, что ли? Даже в снах Вадим порочнее некуда, и меня совратил…
Как же теперь всё выкинуть из головы? Ещё и идти к нему домой вечером, смотреть в эти синие глаза и сгорать от стыда…
40.
Вечером поехали в дом Вадима. Здесь было уже гораздо уютнее. Похоже, Ангелина здесь бывает куда чаще, и дом стал совсем другим.
Гостей было уже много, когда приехали мы. Обычная вечеринка, ничего сверхоригинального. Застолье, веселье, песни под гитару. Только я после поздравления с именинами старалась не смотреть в синие глаза. Тут же в голову возвращался сон и заставлял гореть мои щёки. Что же за чертовщина такая? Ну почему этот молодой мужчина так действует на меня?
Жаль, что нельзя смешать Виталика и Вадима, получить идеального мужчину, и мне приходится выбирать между ненормальной страстью, даже какой-то одержимостью, и тёплой безопасной любовью.
Ничего, я справлюсь с этим. Лично для меня стабильность и крепкое плечо, уверенность в завтрашнем дне куда важнее флюидов в голову. Флюиды уходят, а мужчина рядом и быт остаются.
– А у нас есть новости, - сказал Виталик в перерыве между беседами и обнял меня.
Все ребята тут же уставились на нас, ожидая продолжения.
– Мы подали заявление в ЗАГС, и всех приглашаем на нашу свадьбу!
– радостно сообщил он.
Я смущённо улыбнулась, а друзья взорвались криками, поздравлениями и аплодисментами.
– Вот это крутяк!! Поздравляем! Молодцы!
– кричали они.
Глаза Виталика светились счастьем, он был доволен произведённым эффектом. Лишь в одних глазах радости не было - синих. Вадим смотрел на меня так, будто его только что огрели по затылку. Почему его так выбила из колеи эта новость? Он единственный, кто ни сказал ни слова в ответ. Просто молча смотрел, потом опустил глаза в бокал и сидел так.