Я вспомнила, как Сара упоминала женщину, которая присматривала за домом.

— Джудит?

Он кивнул.

— Да она.

Я скрестила руки на груди. Сара доверила ему свой дом, и он казался довольно милым парнем, но мне не нравилась идея, что у кого-то ещё есть ключ от этого дома, пока я здесь.

— Тебе больше не нужно присматривать за этим местом, — сказала я ему. — Можешь оставить ключ мне.

Он открыл рот, и на мгновение мне показалось, что он собирается возразить. Но затем он едва заметно кивнул и снял ключ со связки в руке. Он протянул его мне.

Я покачала головой и указала на ближайший к двери комод.

— Можешь положить его на комод.

Нахмурившись, он сделал, как я попросила.

Я с трудом сглотнула. Я ненавидела страх, который сжимал мою грудь, но что, если Сара ошибалась насчёт своих друзей? Может, они и хорошие люди, но они оборотни, а оборотни кое-что ненавидят больше всего на свете. У них также были невероятно чувствительные носы. Что, если они учуют меня и каким-то образом почувствуют, кем я была раньше? Чтобы они сказали, если бы узнали, что когда-то я была их смертельным врагом?

Я знала историю Нейта, как его сделали вампиром, дабы навредить Саре. Роланд и Питер хорошо к нему относились и не питали к нему ненависти. Но Нейт всего неделю пробыл вампиром. Я была им двадцать один год, и за это время я творила немыслимые вещи. Почему-то я думала, что оборотни не были бы столь же снисходительны, если бы точно знали, кто сейчас стоит перед ними.

Я прочистила горло.

— Спасибо, что пришли проведать меня. Уже поздно и я-я очень устала. Я бы хотела вернуться в постель.

Опять же, Роланд выглядел так, словно собирался что-то сказать, но видимо передумал.

— Без проблем. Прости, что напугали тебя.

Я покачала головой, пытаясь улыбнуться.

— Это я виновата, что попросила Сару никому не говорить, что я еду сюда.

Питер виновато улыбнулся мне и направился по коридору к входной двери. Роланд чуть дольше смотрел на меня, а затем последовал за своим другом.

Я подождала, пока они не подошли к двери, прежде чем подошла к дверному проему спальни. В коридоре было темно, но света из спальни хватило, чтобы увидеть, как Питер помахал рукой перед тем, как они вышли.

Я глубоко вздохнула и, ослабев, прислонилась к дверному косяку. Услышав слабый звук их шагов по ступенькам, я подбежала к двери и задвинула засов. Отойдя от двери, я прошла в гостиную и выглянула сквозь шторы на две фигуры, садящиеся в классический "Форд Мустанг". Машина, пророкотав, ожила, и они уехали.

Только когда задние габариты скрылись из виду, силы покинули меня. Я соскользнула вниз по стене и осела на пол, подтянув колени к груди, пытаясь остановить паническую атаку, терзавшую моё измученное самообладание.

"Я в порядке. Я в безопасности". Это была моя первая ночь в незнакомом месте, и, проснувшись, я обнаружила в комнате двух незнакомых мужчин. Любой на моём месте отреагировал бы так же, особенно для человека с моим прошлым.

Только вот никого с таким, как у меня прошлым не было. Мы с Нейтом проговорили много часов, и он был единственным, кто мог хотя бы отдалённо понять, через что я прошла. Насколько было известно, мы были единственными людьми в мире, которые снова стали людьми после того, как их обратили в вампиров. Это было похоже на возрождение и возвращение к жизни.

Но было одиноко и грустно не иметь возможности поделиться своим опытом, своей виной и своими сокрушительными страхами. Нейт был вампиром в течение недели, и это так сильно повлияло на него, что он даже не мог вернуться туда, где это произошло. Что это значило для кого-то вроде меня?

Я всё ещё не понимала, почему согласилась приехать сюда, когда Сара предложила мне это. Они с Тристаном устроили бы меня в любой точке мира, а я поселилась в доме бывшего вампира в самом сердце территории оборотней. Либо я искала какую-то извращённую форму покаяния, либо пыталась доказать, что сильнее своих демонов. Возможно, и то и другое.

Было холодно сидеть в одних шортах и майке, но я не могла заставить себя встать и вернуться в постель. Сны, которые я смогла на время забыть из-за неожиданных посетителей, вернулись с совершенной и бессердечной ясностью. Как бы я ни старалась отгородиться от них, призраки моего прошлого всегда были рядом, заставляя меня переживать их ужасы снова и снова.

Я была воспитана католичкой, и меня учили, что есть рай и ад, и место между ними. Место, куда Бог посылает страдать за грехи, пока не решит взять вас на небеса или отправить в ад. Я перестала верить в Бога после недели с Эли. Бог не мог быть истинным и бросить меня в таком ужасе.