Не меньше четверти воинов Иск’Аальте больше не попадут домой. Сейчас с них собирали добычу снующие на полянке Герои Ариехонта. А друзья обступили у ворот Альдэ.

Сдерживаясь, от желания накричать, я медленно направился к ним. Кто-то по-дороге накинул доту лечения, которая быстро восстанавливала здоровье. Хромота прошла.

— Что это ещё такое было?! — стараясь не обращать внимания на Алису, я крикнул издалека Альдэ.

Выйдя вперёд, переполняемый эмоциями жрец, как малый ребёнок, нервничая, хватал воздуха и запинался:

— Чувак…ну помнишь…что я говорил? Я Святой!

— Ближе к делу! — я процедил сквозь сжатые зубы.

— Ну ты книжонку дал с описанием дополнительных характеристик, там чёрным по белому написано было! Могу использовать веру, направляя её на лечение.

— Книжку дай, сам почитаю, без твоих кривляний.

Альдэ поник, не увидев должной, по его мнению, реакции и протянул «Характеристики — основы. Труды Вальхольма».

«Характеристики — основы. Труды Вальхольма» добавлено в инвентарь.

— Я понимаю, — уже отворачиваясь, произнёс парень, — я о тебе уже тоже прочёл.

— Сука, я же просил вас выполнять задания Ариехонта.

Эти слова остановили Алису, которая пыталась что-то ответить. А может вовсе и не слова, а всполохи пламени, над грудой камней, что ещё недавно были моим огненным элементалем.

В это время из-за стены выбежал мелкий. Он подскочил к Отису и начал, что-то нашёптывать медвежонку. А когда указал на окна моей комнаты всё стало понятно.

На третьем этаже замка, откинув лёгкую занавеску, меня прожигали голубыми всполохами знакомые глаза — Азраиль. Я подошёл, схватил мальчишку за воротник:

— Давно он здесь?!

— Появился сразу, как все выбежали за стену. Ринтик уследил, как, — парень сглотнул, — Архангел поднялся из подвала в вашу комнату.

Я оттолкнул парня и двинулся в замок. Зверь за спиной словно положил мне лапу на плечо требуя своего выхода, но, пока, получил отказ.

— Тебе понравилось, что ты увидел? Как представление, Азраиль? — кричал я в сторону своих окон направляясь в замок.

Люди Ариехонта перешёптывались «архангел», «архангел тут?». А ребята пытались нагнать взбешённого друга, пока тот не натворил чего-нибудь лишнего.

Я нёсся по каменной лестнице к своей комнате, но перед самой дверью остановился. Зверь, что всё ещё находился за моей спиной, меня отдёрнул. Нет, это не страх, скорее, осторожность. Хоть я впервые держал себя в руках, когда дополнительная характеристика зашкаливала, но опасался вспышки света, что обнулила меня тогда на арене фанатиков.

— Ну и что ты остановился? Я же чувствую тебя, ты забыл?

Раздался призыв к действию, и я вошёл. Хоть во дворе больше ничего и не происходило, но архангел продолжал стоять у окна, наблюдая за Героями.

— Знакомься, — Азраиль, не глядя, махнул рукой, указывая на сидящего за столом тролля.

Стараясь не сутулиться, что было нормой для существ мира Галклари, в кресле расположился Унчури, метатель копий, тридцать седьмого уровня. Тот самый, что был на торжестве у короля дварфов Толдерона. Переодевшись из тряпок в чистую рубаху, сменив повязки на трёхпалых лапах, на некое подобие ботинок сейчас он, с натяжкой, был больше похож на дипломата. Только яркий синий ирокез на голове выдавал его истинную натуру.

— Мы знакомы, я вам уже говорил. — сказал Унчури, поджимая губу и пытаясь спрятать оскал острых зубов между торчащими клыками.

Тролль держался, стараясь скрыть свои чувства, но было понятно, что ему не по себе находиться в одной комнате с архангелом.

— Ты мне так и не ответил, как тебе бой? — вновь спросил пернатого, небрежно откинув стул. Уселся поудобнее, приподнял мантию, рассматривая кровавые потёки на ноге.

Кровь уже запеклась, а рана от выстрела заросла, навсегда оставив свой след.

— Если бы я вмешался, то нарушил бы слово, данное Толдерону…

— А если бы я погиб? — я оборвал фразу Азраиля, которая, судя по всему, должна была перейти в долгий монолог, который бы опять мне толком ничего не объяснил.

— Если бы, возможно, а вдруг. Почему у вас, у людей, всегда так? Почему вы считаете, что у вас есть возможность повлиять на неизбежные события? Вы не готовы к свободе, вы не знаете, что с ней делать! Вам нужна идея и, как мне кажется, я её тебе дал. Сколько сейчас ненависти?