Щёлкнул замок. Лиза вздрогнула, как от взрыва петарды. Гриша выскользнул на улицу, девушка исчезла, комната была пуста.

Лиза подбежала к двери и ухватилась за дверную ручку двумя руками, но та, очевидно, заклинила. «Глупо, как глупо, – она пока что паниковала про себя, хотя уже хотелось кричать что есть мочи. – Вдруг это аферистка, обвинит потом, что я её вещички украла».

В дверь затарабанили, и Лиза перебежала к окну: это Дима ломился снаружи, напирая на доски плечом. Она открыла узкую форточку, в которую можно было просунуть разве что руку, чтобы слышать, что ей кричат.

– Всё в порядке? – На красноватых щеках Лёши уже ходили желваки. – Что стряслось?

– Она с вами? – спросила она. – Пусть откроет немедленно!

– Как это с нами? Никто не выходил, – ответила Маша.

Лиза прижалась к окну спиной: распласталась по стеклу, как наколотая на булавку бабочка. Её взгляд бегал по комнате. Не было ни других дверей, ни лестницы на чердак – только люк в полу, но вряд ли девушка успела за пару секунд соскользнуть в погреб.

– Выходи, чего ты закрылась? – донёсся до неё голос Гриши.

– Это не я.

Помимо страха Лиза начинала чувствовать раздражение: Гриша сбежал, как трус, бросил её одну, а теперь прикидывается дурачком. И Маша туда же:

– А ведь мы могли бы уже костёр разжигать.

– Я не закрывалась, ясно? – У Лизы на глаза навернулись кристаллики слёз. – Я не знаю, как выйти.

– А девка та где? – Маша приникла к окну, рассматривая комнату. – Ещё скажи, что ментов надо вызвать.

Фраза была сказана таким насмешливым тоном, что не будь Лиза заперта в чужом доме, она бы вспылила. Сейчас даже не верилось, что раньше они были так близки, что она запросто звала Машу к себе на ночёвку. Отношения разладились, когда подруга впервые пригласила её в ответ.

…Они уже заходили в подъезд, когда Маша сказала, как бы между прочим: «Иногда дядя Петя некрасиво шутит». Лиза тогда не поняла, к чему она клонит: «Ты же говорила, что мама с отчимом на работе». Подруга кивнула: «Да, мама на смене, а дядя Петя должен вернуться к полуночи, но к тому времени мы уже уйдём в мою комнату».

Поднявшись в квартиру, они первым делом отправились на кухню. Смотреть там было особо не на что. Над раковиной висела связка красного ялтинского лука. В зазор между холодильником и кухонной тумбой Маша втиснула несколько противней. Ещё один, накрытый фольгой, стоял на плите. Обои у двери сильно обтрепались, похоже, потому что домашние походя цепляли угол плечом, и самое истёртое место было заклеено газетами.

Когда Маша сняла с противня фольгу, оказалось, что она напекла для посиделок сырных палочек. Лиза счастливо сплетничала, хрумкала и пила газировку большими глотками. Вечер запомнился ей в деталях.

Однако кое-что всё-таки ускользнуло от её внимания. С тех пор она думала об этом не раз, но так и не могла с уверенностью сказать: правда ли они засиделись за полночь или это отчим нагрянул раньше?

Звонок в дверь застал их врасплох.

Маша бросилась открывать, и как только дядя Петя вошёл в квартиру, Лиза почуяла запах алкоголя. Из-за маминых ухажёров она определяла его с лёту. Надежда, что он закроется в большой комнате, сразу не оправдалась: по тому, как забегала подруга, доставая из холодильника еду, стало ясно, что он направится в кухню.

– На те! Идёшь домой, думаешь, тут одна шлюха, а их две! – Машин отчим привалился к дверному косяку, перегородив проход.

Скривившись, Лиза начала понимать, что значит «некрасиво шутит». Не обращая внимания на его выпад, Маша крутилась у плиты. Подруга прервалась на секунду, дёрнула Лизу за плечо, очевидно, чтобы выставить её вон из кухни. Кое-как, задержав дыхание, дрожа, она протиснулась мимо отчима.

– Идёшь, будто тебя раскорячили, – сказал он, когда Лиза уже неслась в Машину комнату.

Хотя она закрылась, трёхэтажная ругань с кухни слышалась отчётливо.

Лиза села на стул, приставленный к кровати, и замерла. Маша прислуживала за ужином, а отчим крыл её даже с набитым ртом и, судя по перепалке, подливал себе ещё. Подруга просила перестать, завязалась возня, вдребезги разбилась бутылка, последним послышался звонкий шлепок.

Наступила тишина, которая кончилась Машиными рыданиями. «Неужели ударил?» – ужаснулась Лиза и, не больно думая, схватила телефон и позвонила в полицию. Она и сама была готова расплакаться.

Её быстро соединили с оператором.

– Здравствуйте, приезжайте, пожалуйста, на Будённого…

Она совсем забыла об убойной слышимости, потому, когда дядя Петя одним резким движением сорвал дверь с хлипкой щеколды, слова застряли у неё в горле.

– Какого хера ты делаешь?

Лиза пробормотала только: «Я хочу домой», и бросилась прочь, как мокрая кошка. Она кое-как прорвалась к выходу, выбежала в подъезд, и дальше наперерез через ночной двор, не оглядываясь.

Однако худшее случилось наутро: Лиза рассказала о произошедшем друзьям, свято веря, что в их компании принято делиться всем. Маша, когда узнала об этом, обиделась: стала сбрасывать звонки и отказывалась гулять вдвоём.