Ее ресницы дрожат, и она открывает глаза.

– Пей еще. – говорю я и она поднимает руки к моей руке, придерживая ее у рта.

Я глажу ее пальцами по волосам, склоняю к ней голову и прижимаюсь губами ко лбу. Я чуть не потерял ее. И, чтобы она осталась со мной, я убил брата. Девочка, из-за которой я сошел с ума.

Аня отодвигает мою руку и забирается на меня. Она обнимает меня так сильно, насколько вообще способны ее нежные руки.

– Прости меня. Я думала, что он – это ты. А сейчас у меня в голове такой бардак. Хорошо, что ты вовремя появился. Мы чуть не занялись сексом!

– Так он тебя не…

– Нет. Мы целовались, он меня укусил и появился ты.

Слава богу! Я прижимаю ее к себе за талию. Облегчение от того, что Аня не спала с Владом, снимает с меня барьер, о существовании которого я не подозревал и я чувствую, что безумно сильно хочу ее.

– Аня, я так тебя люблю!

Я целую ее, но она останавливается и оборачивается в ту сторону, где лежит Влад. Я беру ее лицо в ладони, поворачиваю к себе и, глядя в глаза, говорю:

– Не переживай о нем. Я просто усыпил его на время.

Она больше не останавливает меня, и я беру ее два раза подряд, растворяясь в ее сладких стонах и сходя с ума от одновременного оргазма.

Она только моя, а я полностью принадлежу ей.

Антон.

На всякий случай я не стал вынимать нож из груди брата. Я отвез его тело к себе домой и оставил на полу в подвале. Позову Пашу и вместе с ним решим, что делать.

Аня согласилась прожить остаток лета со мной в домике у реки. Когда начнется учебный год, мы переедем в Ровер, в мою самую лучшую квартиру.

К своей маме я впервые заехал через два дня, после того, как Влад последний раз говорил с ней по телефону. Она была сильно обеспокоена, поэтому мне снова пришлось применять внушение.

– Я уверенна, ты должен знать, где он! – возмущается она.

– Мама, - я смотрю в ее глаза. – Я – твой единственный сын.