Что будет именно с Россией, как говорится, покажет само время. И наша задача, прежде всего, как населения страны, постараться быстрее войти в то самое русло, что дает право на труд в экономически стабильных областях и, как говорится, обеспечить себе же свой рынок труда в дальнейшем.

То есть, не подвергать массы населения какой-то дополнительной переквалификации и доусовершенствованию в каком-то виде хозяйствования.

А для этого необходимо скорейшее вызволение всех наших экономических возможностей из-под гнета иных государств и выделение линии единого потока экономически обгрунтованных единиц и средств для целого ряда видов сфер производств.

Все это, как говорится, в наших руках и дело, собственно говоря, за нами.

Такова суть уже ближайшего будущего и сама форма той власти, к которой так устремляются многие.

В данной точке зрения я не ищу себе единомышленников или каких-либо противоборствующих тому оппонентов. Я лишь выражаю волю природы, обнародуя то, что слагается само по себе. Так диктуют условия нашей жизни, которой так немного осталось существовать в таком более-менее благотворном для нас всех режиме.

Можете поспорить со мной или с кем-то другим, но с самой природой вы, естественно, не поспорите. Просто не хватит сил. Сил и умения, ибо все это рождается в уме, а он пока еще не сильно окреп для всеобщего понимания того, что нас же и окружает.

В данной части все и переходим к следующему вопросу, в котором я более подробно остановлюсь на самом себе и выскажу некоторую доктрину современного времени.

Именно так и никак по-другому можно обозначить то, чем я, по сути дела, и занимаюсь. Мои действия, так же, как и мысли идут в противоход всепризнанному общественному, и это в целом составляет весь мой практический день. Или представляет мою сущность, как таковую, в общей сфере наполненного подобным времени.

В этом есть, конечно же, какая-то безысходность и, так обозначенная, жизненная малопловучесть, если брать во внимание проявление самого себя в самой сфере моего окружения.

Но в то же время я не бедствую именно этим и не особо полагаюсь на, так обозначенных, друзей или знакомых, которые способствовали бы в чем-то в плане продвижения дел начатых.

Противоходом в то же самое время можно назвать и само время, в котором мы все пребываем, ибо оно все больше тянет не к развитию, а, наоборот, к другому и прямо противоположному.

Этим же можно назвать все устремления остальных мира сего, если брать во внимание, что тянутся они не к пониманию мира, а к его крикливой суете и всеобщему раздору.

В целом, мы все как бы создаем противоход времени и затормаживаем его, чего, по сути, быть не должно, ибо это противоречит природному.

Так и движемся в общей своей людской массе, совсем не понимая, так обозначенные, устои дня и сотворенные самой природой законы, которые движут нас по инерции, ни на секунду не ослабляя свой ход.

Мы все так стараемся остановиться на мгновение где-то еще и до полноты насладиться чувством полного удовлетворения, но из этого ничего не выходит, и то время все же понемногу проходит, уступая другому и порой совсем не благополучному.

Удовлетворяя порой свои жизненные прихоти, мы не совсем верно понимаем саму суть нашего же предназначения и все наши же устремления практически ограничиваются собственной меркантильностью. В этом не было бы ничего страшного, если бы мы знали точно, куда, зачем и почему движемся. Но такого определения, к сожалению, нет. А общее представление об этом весьма размытое и в целом, мало заслуживает внимания.

Таким вот образом мы все и живем, толкая на дороге жизни друг друга и нигде, ни в чем не уступая, даже в самом малом.

Эта скользкая дорога приведет нас только к одному. К разрушению стереотипа человеческого мышления и образованию общего порока беспросветного будущего.

О чем же мы все-таки забыли в этой жизни и отчего наши слабости превзошли нас самих, приведя к такому скудному состоянию ума и практически настенной животворной живописи?

Мы все позабыли об одном. Что, по сути своей, мы призраки в людской утробе матери Земли и ничего больше. Мы не стали человеками, как то и должно было стать, и мы потихоньку перестаем быть самими людьми, подчиняясь животным порывам и привселюдно чиня безобразие, именуемое или обозначенное, как любовь.

Это говорит о многом. О том, что многое позабыто и о том, что много еще чему мы просто не научены.

Достижения материальные – всего лишь дань времени, которое благозвучно поет лишь немногим, большинство же оставляя в стороне от того самого чувства полного удовлетворения.

Мы позабыли о совести. И забыли о том, что она вообще у нас есть.

Мы проложили дорогу всей глупости, создали препоны на пути праведности и упростили законы до их полного безрассудства существования.

Так не должно быть и, к великому счастью, такого не будет. Ибо грядет, как говорится, тот судный день и во многом его описание похоже на то, что я описывал здесь чуть ранее.